Книга Появись, появись, страница 74 – Алексия Оникс

Не знаю, когда, чёрт возьми, я дала ему понять, что у него есть какое-либо право голоса в моей жизни, но я сделаю так, чтобы было кристально ясно: то, что я делаю, его не касается. Он бы не смог, не мог остановить меня от того, чего я хочу. Я взрослая женщина. И, как поступила бы любая рациональная взрослая женщина, включаю самую повторяющуюся, синтетическую, жевательную поп-музыку, которая, надеюсь, выведет его из себя, выкручиваю громкость на максимум и приступаю к оставшемуся у меня коксу.

Что ж я покажу ему.

10 марта 2021 год — две недели спустя

Я совершил ошибку, когда подумал, что гнев Скай пройдёт и она увидит мою точку зрения — ту, которую у меня не было шанса объяснить, но на которую я надеялся. Прошли недели, а она всё ещё игнорирует меня. Её первоначальная мелочность была понятна, но гнев, который она до сих пор ко мне питает, шокирует. Он подобен физической силе, отталкивающей меня от неё. Я намеревался уважать её границы, но, похоже, у меня не так уж много выбора. Когда я подхожу к ней слишком близко, чувствую, как воздух вокруг неё сопротивляется. Ощущение, неприятное для нас обоих, если судить по видимому напряжению в теле Скай.

Я не жалею о содеянном, но, возможно, поступил бы иначе, если бы знал цену своих действий. Задним умом все крепки, и всё такое. Я раздражён на себя за то, что снова отреагировал, увидев, как она вредит себе. В тот момент я был так ошеломлён, что она вернулась к своим механизмам совладания, когда всё шло так хорошо. С моей стороны было самонадеянно полагать, что моего общества будет достаточно.

Было несправедливо с моей стороны даже ожидать этого, и всё же…

Я разрываюсь между чувством, что полностью всё испортил, и оправданностью своих действий. Я просто хочу для неё лучшего. Я просто хочу заботиться о ней. Но могу признать, что это был неверный способ. Я не знаю, как всё исправить. Если бы только я мог поговорить с ней лицом к лицу, по-настоящему поговорить не так, как мы делали это раньше. Но даже если бы мог, действительно ли это что-то изменило бы? Сочла бы она меня достойным человеком который умеет слушать?

Легко забыть о разнице между тем, что я чувствую к ней, и тем, что она может чувствовать ко мне. Я пытаюсь держать свои ожидания от неё на низком уровне. Я пытаюсь быть терпеливым, но это чертовски тяжело.

Я никогда в жизни не был так сбит с толку динамикой отношений. Я в наихудшем положении. Не совсем друг, не совсем партнёр для секса, определённо не парень — как любезно напомнила мне Скай. То есть, я понимаю, я же призрак, чёрт возьми. Скай была на удивление открыта ко мне, но не думаю, что даже она была бы на это готова. Возможно, я эгоистичный ублюдок уже за то, что так глубоко вовлёкся, но я бы никогда не попросил её пойти на такую жертву ради меня. Что это былабы за жизнь для неё? Я больше не тот человек, которым был раньше — сын, брат или друг. Она — всё для меня, а я лишь маленький фрагмент гобелена её жизни. Я знаю это самым рациональным уголком разума, но чем дольше я мёртв, и чем дольше величайшее искушение моей жизни висит передо мной, тем тише становится этот голос.

К лучшему или к худшему, меня больше не определяют ограничения человеческой жизни. Я не отрицаю, кто я, но принимать, что я мёртв, что не могу предложить ей полноту человеческой жизни — это то, о чём я удобно избегаю думать. Называть себя призраком кажется куда менее… логичным. А быть рядом со Скай, можно легко забыть, что я на самом деле не здесь. Я не на самом деле с ней. Эта истина оседает в животе, словно якорь, утягивающий меня обратно в тот день, когда я осознал, что я здесь, совсем один. День, когда я осознал, что я мёртв.