Книга На Дороге, страница 60 – Софья Вель

Рядом с Лиро зашипели, музыкант испуганно сжался.

— Именем Творца? — переспросил голос. — Что ты, ошибка Создателя, такое, чтобы упоминать Его имя!?

— Я все расскажу о ней! Заберите девчонку! Умоляю, пощадите! — плакал Лиро.

— Ты уже все рассказал… — усмехнулся голос.

— Госссподин, — прошипели совсем рядом с ухом Лиро. — Он нашшш.

— Несомненно, — согласился голос, — но для начала нужно избавить его от всей этой …чешуи, то есть, плоти.

В ответ обиженно зашипели:

— Мы не можем его коснуться!

— Разумеется. Его тело под мощной охраной. Вам придется подождать. Когда тело умрет, вы получите душу.

— Господин, во имя матери, вас родившей, — Лиро и сам не знал, почему сказал это. Может, так и не отошел от произошедшего на поляне. — Пощадите!

В ответ рассмеялись:

— О глупый человечишка! Неужели ты думаешь, что у всех есть мать?! — отсмеявшись, голос продолжил. — Впрочем, почему бы и нет. Я же тоже обязан подчиняться приказам нашего Светлейшего Владыки… Отпустите его.

— Господин, он — вкусное мясо!

— Которое вы все равно не можете съесть. Сама смерть будет обходить его стороной, пока Лиро не выполнит Волю Владыки. Проще отпустить, тогда вы хотя бы получите его душу. Выкиньте падаль в южных землях, там его родная кровь. Это ускорит процесс.

— Хорошо, господин, — нехотя согласились с голосом.

Лиро очнулся от чудовищной жары, в горле пересохло, он закашлялся от першения. Музыкант по-прежнему ничего не видел. Только яркий свет.

Ощупав землю вокруг себя, он понял, что сидит на песке: «южные земли…», — пронеслось в голове.Когда он был здесь в последний раз? Лиро с трудом вспомнил давнишнее приключение. Сложив все сказанное, он пришел к выводу, что с юга надо выбираться как можно скорее, от греха подальше.

— Эй, калека! — Лиро вздрогнул и нелепо осмотрелся по сторонам, не находя даже солнца. — Ты что слепой? Поди прочь с дороги!

Сложно было возразить на очевидный факт, музыкант быстро отодвинулся, показывая всем видом, что пропускает. Мимо пронесся всадник, едва не затоптав.

— Милостивый господин! — крикнул вслед Лиро, закашливаясь от пыли. — Где север?

— На севере! — расхохотались в ответ.

Сны Дракона. Драго. Вальхалла. На костях города.

Марево лета перекинулось на начало осени. Стрекот цикад оглушал, полуденное солнце жгло камни, пожухлая трава топорщилась клоками из щелей.

Драго откинулся на остов стены, торчавший острым зубом из песка и пыли. Всадники конунга ушли в разведку — пока никого кроме ящериц и пауков видно не было. Драго сплюнул в пыль.

Великий Излаим. Конунг силился вспомнить рассказы отца, но в голове были карты да военные планы. Мама никогда не говорила о городе, только сказки рассказывала. Сказки о феях… как глупо.

Драго снова сплюнул. Провел рукой по крошащемуся камню. И где она, когда так нужна?

Конунг не знал, кого имел в виду — маму, или огнекосую подругу. Лила не степнячка, обиды не стерпела…

«Ну и дура!», — ругнулся Драго, чувствуя зыбкость и пустоту, а еще злость. А еще… Драго понимал, что с ним, и от этого становилось тошно.

Что теперь у него осталось? Пропавшая княгиня, оскандалившаяся так, что Старшие смотрели на сына великого конунга Сига, как на последнего ублюдка? Степняки, боящиеся руин хуже степного пожара? Предавший брат? А теперь еще и сбежавшая королева…