Книга На Дороге, страница 50 – Софья Вель

— А вот и обещанная красавица! — гоготнув, сказал один из незваных гостей. Сильвия увидела за спиной головореза Лиро. — Ну что…Сама разденешься? Или придется раздевать?

Сильвия испуганно вздрогнула, приходя в себя, развернулась, надеясь убежать, но позади увидела еще семерых.

— Не знаю, кто вы, но вам опасно быть здесь, — неожиданно для всех пригрозила Сильвия. Алеон и Элладиэль уже разделили головорезов между собой.

Гогот разнесся по поляне:

— Опасно? Слышь, девка, твой полюбовник проигрался, а ты была в закладе… Кажется, ты ему наскучила. Но не переживай, нам не наскучишь!

— Уходите! — прорычала Сильвия. Ярость и огонь. Кровавая муть поплыла перед глазами. — Уходите, пока живы!

— У-у-у, лютая какая! Со страху угрожает! Брось ломаться, девка…Мы не обидим…ну, несильно. Позабавимся и отпустим. Ты у нас в уплату долгов…А он должен мнооого. Не правда ли, Лиро? Наш Король Дорог… Смотри-ка, мы уж думали, после прошлого раза не отважится носу казать.А он…Он пришел, да с такой вещицей! Закачаешься! Правда, вот незадача, опять проигрался…Тебя предложил, что делать-то? Говорит, ты отменная. А ты и правда, ничего так. Но надо бы пробу снять!

Тирада вызвала хохот. И резко оборвалась — в переменчивом свете факелов стояла драконица.

Кожа змеедевы отливала перламутром, сложный узор из жемчужинок высвечивался на лбу, щеках, он переливами бежал по скулам и шее, прячась под воротом платья, темные глаза ловили блики факелов, тонкие брови сошлись на переносице — змеедева хмурилась и тихо рычала, оголяя очень острые зубы, на тонких пальцах выросли настоящие когти. Грозный образ невероятного создания дополняли короткие алые прядки, они обрамляли напряженное лицо со строгими чертами и казались огненной гривой. Разбойники ахнули.

— Смотри… какая… — только и успел вымолвить кто-то.

Элладиэль напряженно замер, Алеон не знал, чего бояться больше — разбойников или Карающего.

Драконица схлынула, Сильвия тряхнула головой, явно всеми силами сопротивляясь мороку:

— Умоляю, уходите! — отчаянно прошептала она. И снова темноокая дева с длинными когтями, щеря острые зубы, смотрела на головорезов.

— Ведьма! Тварь! Оборотень! — заорал наконец один из разбойников и кинулся на драконицу.

Алеон бросился вперед. Но ловушка неожиданно захлопнулась. «Неужели!?», — с ужасом подумал полукровка.

Головорезы кинулись все и сразу. Драконица уклонилась, казалось, она двигалась как во сне. Полетело несколько ножей, но что-то отвело их в строну. Алеон с отчаянием и мольбой посмотрел на Владыку. Элладиэль стоял неподвижно. «Уймись! Мешаешь!», — рыкнул он. Карающий не появился. Владыка наблюдал, закусив нижнюю губу почти в кровь. Распутать ловушку Алеон не мог, на сей раз Элладиэль учел все былые ходы и спрятал концы основательно.

Драконица в танце смерти крушила обидчиков. Они не могли по ней попасть. Все удары сносило в сторону. Алеон догадался, что Элладиэль не позволял и пальцем тронуть драконицу. Алеон еще никогда не видел Владыку таким — Элладиэль и любовался драконицей, и злился, что она не убивала. Драконица кусалась и царапалась, но… не ранила серьезно. «Не умеет?» — предположил Алеон. Один из разбойников чуть не налетел на когтистую руку, но драконица успела отдернуть когти, боясь неосторожно поранить.