Книга Сети Поднебесья, страница 52 – Софья Вель

— «Спятил» — это недозволительный оборот, когда речь идет о родителе, — одернула Сильвия. — Твой отец просто зол. Бывает.

— Ты не понимаешь! Он опасен! Однажды я попался ему под руку!

— И? — княгиня напряглась.

— Я так испугался, что … что описался. — Алион ужасно смутился, но слово вылетело раньше, чем он успел что-то соврать. Княгиня мягко улыбнулась. Смущенный Алион продолжил. — Думал, все… мне конец. А отец просто рассмеялся.

— Он ведь не тронул тебя?

— Нет, разумеется, нет. Он, видимо, сам испугался, сразу прижал к себе.

— И ему стало легче? — как само собой разумеющееся продолжила Сильвия.

— Да. — Алион растерялся. — Но его ярость — это страшное оружие!

— Оружие?

— Да… его нефрил, он… Он помогает в войне с демонами из Бельма. Отец сдерживает их полчища, он каждый день спасает Поднебесье. — Алион потер раскрасневшиеся щеки. Княгиня задумчиво провожала солнце глазами.

— Алион, я не побегу. Я не совершаю бессмысленных поступков. Оставь мне и Лорду Алеону решать свои обиды и споры самостоятельно. Неужели ты думаешь, я боюсь его?

Сильвия перевела взгляд на сына, и он робко потупился, чувствуя дрожь. Княгиня сделала шаг и обняла, Алион оробел еще больше, мама была ему по плечо. Она трогательно прижала голову к груди, Алиону показалось, княгиня слушала перестук сердца.

Мимо пролетели ласточки, мир заполнился криками стрижей и стрекотом цикад. Солнце почти полностью скрылось за горизонтом.

— Алион, отец тебя любит, а ты его?

Алион мотнул головой в знак согласия.

— Будь преданным в любви, это важно! — княгиня провеларукой по щеке сына.

— Мам, — вдруг тихо произнес Алион. Он достал из-за пазухи камень с цепочкой, так ведь больше шансов, что он сдержит слово… — Пусть он будет у тебя. Я хочу, чтоб он защищал тебя, как защищал все эти годы меня.

Сильвия хотела отказаться, но жест сына был полон трепетной заботы и желания защитить. Отказываться было бы неправильно, и она взяла.

Через час прогулки и бесед они нырнули сквозь облака к Аэр`Дуну.

К моменту возвращения, Алион с удивление выяснил, что отец уже седлал крыланов, торопясь с облавой. С мрачной злостью Лорд Алеон проводил взглядом княгиню, спокойно прошедшую мимо.

— Отец. — холодно поклонился Алион.

— Алион? И что же ты тут делаешь?

— К маме прилетел, — Алион вложил всю обиду в слова, отец понял все верно.

— Ясно.

Алион скрылся в дверях замка вслед за княгиней.

Алеон так и остался один.

Пикник у скал. Подарок.

Солео накинула последнюю петлю на крючок, маленький барашек был готов. Осталось дождаться удивительную гостью, ее крестную фею или… «маму». Как про себя называла девушка Нору. Солео боялась, что игрушка недостаточно хороша, и потому перевязывала любой неточный узелок.

Вместе с вязанием, она отрабатывала и упражнения, заданные для урока. Новоэльдарийский легко ложился в память. Певучий и звучный, язык нравился Солео все больше. То-то Лорд Алион удивиться, когда вернется.

Лорд… или дядя? Как правильней?

Высокая фигура застыла в дверях, любуясь подопечной. Юная ученица оттачивала мастерство, произнося строфы поэмы нараспев. Кровная сестра отца девочки, О'Силей, славилась чудным голосом, похоже, дар достался и ее племяннице.

Нора скоро обнаружила перемену: из замкнутой и угрюмой Солео превратилась в смышленую и толковую ученицу. Вопреки глупым слухам, девочка отличалась и остротой ума, и хорошей памятью, а язык давался ей удивительно легко, словно она не учила, а вспоминала.