Книга Знахарка для оркского племени, страница 82 – Юлия Эллисон

Громор наблюдал за этим процессом с немым любопытством. Его могучая рука лежала на моем бедре, большой палец лениво водил по кругу.

— Зачем? — наконец спросил он, глядя на то, как я закрепляю очередную бусину.

— Чтобы было красиво, — ответила, улыбаясь. — И чтобы волосы не путались.

Когда последняя бусина была на месте, я нанесла на оставшиеся распущенными кудри специальное масло для укладки, бережно проминая их пальцами, чтобы определить локоны.

Пахла моя прическа теперь сладким миндалем и маслом ши.

Закончив, я встала и слегка встряхнула головой, наслаждаясь легким звоном бусин и тем, как красиво лежат волосы. Затем промокнула их полотенцем, стараясь не испортить укладку, и отправилась сушиться к входу в палатку. Фен я не брала, изначально не думая, что задержусь здесь так надолго, так что придется сушить естественным образом, благо на улице поднялся теплый ветер и это не заняло много времени.

Вернувшись в палатку, я поймала на себе взгляд Громора. В его глазах читалось не только одобрение, но и неожиданная нежность.

— Нравится? — спросила я, садясь рядом.

В ответ он лишь провел рукой по моим заплетенным волосам, грубые пальцы осторожно коснулись бусин.

— Красиво, — просто сказал он.

И в этом одном слове было больше смысла, чем в длинных поэмах.

Погасила кристалл, коснувшись его теплого сияния. В палатку тут же ворвался лунный свет через отверстие сверху, серебряным потоком ложась на шкуры.

Я устроилась рядом с Громором, чувствуя тепло его могучего тела. Он лежал на спине, как я и велела, но его рука тут же обвилась вокруг моей талии, притягивая к себе.

— Ты точно вернешься? — снова тихо спросил он в темноте, и в голосе звучала та же неуверенность.

В ответ не стала ничего говорить. Просто приподнялась на локте, нашла в полумраке его губы и ответила долгим, нежным поцелуем, в котором было и обещание, и утешение, и та страсть, что всегда вспыхивала между нами.

Его рука крепче сжала меня, а из груди вырвался низкий, одобрительный стон.

— Я всегда буду возвращаться, — прошептала, отрываясь от его губ и прижимаясь щекой к горячей груди, слушая ровный, мощный стук его сердца. — Всегда.

Утро следующего дня началось с того, что я поняла — я опаздываю. Не просто «ой, проспала на пять минут», а опаздывала так, как будто от моего появления зависели судьбы миров. А ведь, по сути, так оно и было — в моем мире меня ждали пациенты, а в этом — потенциально взбешенный муж, если я задержусь.

Я носилась по шатру, как укушенная шершнем в самое мягкое место. Картина была достойна комедийного шоу: одной рукой я пыталась надеть второй носок, другой — отыскать свой белый халат, который, как назло, запропастился. Антивозрастной крем для лица капнул на мою любимую пижаму с медведями, а расческа загадочным образом оказалась в кошачьей миске.

— Черт-черт-черт! — бормотала я, наконец отыскав халат под грудой только что снятой одежды. — Ага! Нашелся!

В этот же момент решила покормить Барсика, так как он орал, словно пожарная сирена, но совершенно забыла о его привычке кидаться под ноги и запнулась о него, летя вперед с грацией падающего мешка с картошкой. Кот, возмущенно фыркнув, отскочил в сторону и смерил меня уничижительным взглядом.

— Прости, Барсик! — бросила я ему, насыпая корм и чуть не рассыпав его мимо миски. — На, жри, только не смотри так, будто я тебя в обиду дала!