Книга Знахарка для оркского племени, страница 10 – Юлия Эллисон

— Элеичество? — исковеркал он слово, будто впервые его слышал. Его янтарные глаза сузились. — Нет. У нас светит солнце.

Я так и знала. Кивнула, мысленно прощаясь с технологическим чудом и представляя, как объясняю Барсику, что теперь его туалет — это весь окружающий мир. В груди заныло от тоски по привычному комфорту.

— А куда кот будет ходить в туалет? — уточнила я, указывая на Барсика, который, уже сидя в застегнутой переноске, выражал молчаливый протест всем своим пушистым видом.

В голосе прозвучала нотка отчаяния: ну вот даже такие простые бытовые вопросы теперь становятся проблемой!

Громила посмотрел сначала на кота, потом на меня, затем снова на кота. В его взгляде мелькнуло что-то вроде понимания.

— Маленький хищник может делать это на улице, — заявил он тоном, не терпящим возражений. — В лесах Плачущих Деревьев или на полях Изумрудной Пыльцы. Это даже почтут за благословение.

— Вот и ладненько! — Я даже обрадовалась за Барсика, хотя внутри все сжалось от новой тревоги: а вдруг эти Плачущие Деревья окажутся хищными?

Улицу он, в принципе, уважал. Каждый раз, когда мы ездили с ним на дачу к маме, он наслаждался природой по полной, правда, предпочитая делать свои дела исключительно на ухоженные клумбы с розами.

— Тогда возьму еще и шлейку с поводком, — решила я, — раз планируются прогулки. И пакетики, — добавила я уже себе под нос, прекрасно понимая, что в фэнтези-мире за свинячество на поле Изумрудной Пыльцы могут и на кол посадить. От этой мысли стало одновременно страшно и смешно.

Барсик, словно поняв, что его ждут приключения, согласно мявкнул из переноски и принялся вылизывать лапу с видом заправского путешественника. Его спокойствие немного успокоило и меня.

— Ну, я готова, — объявила я, забросив в еще один рюкзак пару своих самых ярких футболок, женские гигиенические принадлежности, кремушки, масочки, джинсы, зубную щетку и зарядку для телефона (на всякий пожарный, вдруг уних там розетки все-таки есть, но с другим разъемом). Прихватила и небольшую аптечку — профессиональная деформация, куда ж без нее.

В итоге я представляла собой этакий памятник советскому дефициту: обвешанная сумками, пакетами с кошачьим кормом, из карманов белого халата торчали баночки с кошачьими витаминами и упаковки влажных салфеток, в одной руке — переноска с недовольным Барсиком, в другой — рюкзак со своими пожитками, а через плечо болталась шлейка в виде дракона.

Внутри все сжималось от страха — а справлюсь ли? А что меня там ждет?

Зелень скептически меня осмотрел с ног до головы. В его взгляде читалось: «И это все — великий знахарь, которого я так долго искал?» Но спорить не стал. Вместо этого он как-то странно, почти изящно прищелкнул, и я заметила, что на его огромных запястьях были тонкие браслеты из сплетенных корней.

И прямо посреди моей кухни, между холодильником, увешанным магнитами из разных городов, и столом с недоеденной ватрушкой, развернулась знакомая радужная пленка портала. Она мерцала и переливалась, отбрасывая на стены и потолок причудливые блики, в которых угадывались очертания незнакомых созвездий. Выглядело это настолько сюрреалистично, что даже Барсик на секунду замер, уставившись на портал своими янтарными глазами.

А у меня в груди защемило — прощай, мой привычный мир!