Книга Луна и Стрелок, страница 63 – Эмили С.Р. Пэн

Вонг способствовал росту авторитета Сюэцина в научном мире, а Сюэцин – росту потенциальных доходов Вонга. Сделка была вполне безопасной – в конце концов, единственным, кто получал деньги, был Вонг. И они с таким успехом и так долго сотрудничали… Словом, Сюэцин впервые решилcя задавать вопросы.

– Не могу не полюбопытствовать: а с кем-нибудь из моих коллег у вас нет… похожего уговора?

Впервые с начала встречи Вонг улыбнулся, и у Сюэцина мелькнула мысль: уж не насмехаются ли над ним?

– Теперь мне понятно, – ответил Вонг. – Нет. Об этом можете не беспокоиться.

– Вы уверены? – спросил Сюэцин.

– Да. – Сначала его настойчивость позабавила Вонга, потом заставила задуматься. – На подозрения вас натолкнули коллеги, верно?

Сюэцин снова взял чашку с горячим шоколадом. Тот стал чуть теплым и на сей раз показался чересчур сладким.

– Которые могут составить вам конкуренцию, – предположил Вонг.

– Мне нужна ваша помощь. – Сюэцин, утративший преимущество, решил не тянуть. – Устранить… ну да, конкурента.

– Устранить – в смысле?..

– Не убить, – быстро пояснил Сюэцин. – Просто… убрать. Из профессии. Дискредитировать. Если вы это сделаете, я отдам вам камень и расскажу все, что о нем знаю.

Вонг подался вперед:

– Вы пытаетесь торговаться, но информация, которую вы мне предлагаете, у меня уже есть. Так себе предложение.

Сюэцин испугался:

– Откуда вам это известно?

– Артефакт вам достался от Ли Юбинь. – Имя на мандарине Вонг произнес с легким акцентом.

Сюэцин заморгал:

– Кого?

Вонг не ответил, лишь выжидающе посмотрел на него.

– Впервые слышу это имя.

– Что за игру вы затеяли? – спросил Вонг. Его лицо не изменилось, но голос стал опасно тише.

Сюэцин понял, что он сердится.

– Я в самом деле впервые слышу.

– Она ваша коллега, – сказал Вонг. – Не надо мне врать.

– Я не вру, – принялся оправдываться Сюэцин. И поскольку стало ясно, что он просчитался, то решил раскрыть тайну: – Он достался мне от человека по имени Дэвид И.

– Дэвид И, – повторил Вонг тоном, каким припоминают забытую стихотворную строчку. – Йи Давэй, ну конечно. – И он засмеялся.

Родни Вонг всегда верил в магию. Даже ребенком, когда наставник упомянул колдовство, Вонг едва не свалился со стула. Наставником его был лютеранский проповедник, американец. Несколько лет он проповедовал в Сычуани, а потом занялся тем же в Гонконге. Он дал мальчику образование на западный манер, с упором на английский и теологию. Когда они проходили Священное Писание, учитель впервые сказал, что колдовство запретно.

– Всякая оккультная практика, нечестивое искусство, – заявил наставник, – отвращает от Господа и служит духам зла.

– А если это выйдет случайно? – спросил кто-то из соучеников. Вонг решил, что это очень хороший вопрос.

– Молитесь, чтобы не вышло. Если все же случится, покайтесь и просите Святого Духа избавить вас от греховного соблазна. Раньше на ведьм охотились, и признанных виновными в колдовстве ждала казнь.

Тот урок напугал многих, но на Вонга он произвел обратный эффект – у него появилась масса вопросов. Ведь, если колдовство карается смертью, это, должно быть, мощная штука. По мнению Вонга, это было еще одним доказательством того, что оно и вправду работает. Впрочем, не то чтобы его веру что-то могло поколебать.

Он слышал легенды времен древнего и императорского Китая: ведьмы, оборотни, ритуальные яды и алхимики. И жадно впитывал каждое слово. Вонг поклялся, что когда-нибудь своими руками прикоснется к настоящей магии, что бы она собой ни представляла. Так что он держал ухо востро и с радостью ухватился за возможность, выпавшую годы спустя.