Книга Луна и Стрелок, страница 31 – Эмили С.Р. Пэн

Хантер расхохотался:

– Прямо в лоб, молодец.

– Прости, – сказала она.

– Не за что извиняться. Просто забавно. Ну и потом, ты права. Я там был, потому что выиграл стипендию. Ну… и вот я здесь.

Первый совместный ланч был полон начатых и незаконченных фраз и неловких пауз. Но на следующий день Луна снова оказалась в коридоре рядом с Хантером и отодвинула стул от того же столика в кафетерии.

– Дежавю, – улыбнулась она.

На следующей неделе, после того как она доела свой сэндвич, Хантер, стесняясь, достал из рюкзака моток ярко-красной хлопковой пряжи.

– Я тут подумал… научишь меня плести такой браслет? – И он показал на тот, что носил на запястье.

– А я думала, ты сам его сплел, – удивилась Луна.

Он покачал головой:

– Нет, мне сплела его мама. Много лет назад.

И с тех пор он его носит – как мило. Она никогда не видела его без этой штуки.

– Коди хочет такой же, – продолжал Хантер. – Он все спрашивает, когда же у него будет браслет как у меня. Я предлагал ему срезать и отдать этот, но он и слышать не хочет.

– Могу научить, конечно, – ответила Луна. – Это довольно просто. Только не из этой пряжи, а из кое-чего получше.

На следующий день она принесла моток своего любимого шнура темно-красного цвета. Тонкого и прочного – такого, из какого делают украшения и брелоки. Придвинувшись к Хантеру на стуле, она показала ему, как начинать, как сплетать шнуры между собой. Таким способом можно было сделать браслет довольно быстро, и Луна решила, что он и сам управится, но на следующий день за ланчем Хантер предложил ей закончить плести вместе.

Луна помогла ему завязать готовый браслет и подровнять концы шнура. Низко нагнувшись над столиком, чтобы учителя не увидели зажигалку, она запечатала их.

– Ух ты, – не выдержал Хантер, наблюдая, как сворачивается нейлон.

– Ага, – кивнула Луна. – Люблю это делать. Так кончики не поползут.

– Коди ужасно понравится. – Хантер широко улыбнулся.

Следующие недели уже шли по накатанной. С утра в автобусе они еще не находили сил для болтовни, но тишина из неловкой стала вполне дружелюбной. На ланче они живо болтали. На уроках физкультуры в паре играли в волейбол, находили друг друга в тренажерном зале и держали друг другу секундомер, когда бегали на короткую дистанцию.

Луна дивилась тому, насколько иначе теперь проходят ее дни. Она перестала чувствовать себя одинокой. Прежде Луна ненавидела спортзал – теперь же он был источником чистой радости. Каждый день она бежала переодеваться и заново завязывать конский хвост, чтобы из раздевалки направиться прямиком к трибунам, где ученики ждали звонка с урока, чтобы вернуться в мир. Всякий раз, когда она выходила из раздевалки, Хантер был тут как тут. Последние несколько минут урока она болтала с ним или касалась носками своих туфель его, избегая ответных касаний: смешная игра в салочки, которую они изобрели как бы между прочим.

И вообще, фраза как бы между прочимочень точно передавала суть их недавно сложившейся дружбы. Когда она думала об этом, ее охватывало приятное тепло.

– Ты чего это такой радостный? – спросила Луна, плюхаясь на кресло. Автобус тронулся, и Хантер еле успел поймать ее рюкзак – тот едва не свалился на пол.

– Да нипочему, а что? Ты вот что-то кислая. – По правде говоря, повод для радости у него был. Он довольно скоро понял, что его настроение остается хорошим ровно столько, сколько он видит Луну.