Книга Сердце зимнего духа, страница 57 – Лолита Стоун

Анфиса шла рядом, чувствуя себя в безопасности, как никогда. Она то и дело поглядывала на него — на его профиль, на белые волосы, на мантию, что переливалась в лучах солнца.

— Мне вчера очень понравилось, — сказала она тихо. — Дворец... снег, статуи, чай у огня... Это было как сказка.

Гласивор кивнул — уголком губ улыбнулся.

— Я рад.

Они шли молча какое-то время. Потом он остановился — резко, но не внезапно. Повернулся к ней, глаза его стали серьёзными.

— Тебе нужно забыть обо мне, — сказал он спокойно. — Так будет лучше.

Анфиса замерла. Улыбка сползла с лица.

— Лучше? — переспросила она, не понимая. — Тебе... не приятна моя компания?

— Вовсе нет, — ответил он мягко. — Но людям свойственно привязываться.

— Ты не хочешь, чтобы я привязывалась к тебе? Тебе не хочется видеть меня? — тихо спросила она, голос дрогнул.

Он посмотрел ей в глаза — долго, глубоко.

— Нет, — сказал он. — Я был рад провести это время с тобой.

— Тогда в чём дело? — спросила она, и голос стал тише. — Это потому что я человеческая девушка? Без силы, без вечной жизни? Мы стареем и умираем... Я понимаю...

— Нет же, — перебил он мягко. — Это потому что я не могу дать тебе обычной человеческой жизни.

Девушка замерла. Глаза её расширились.

— Но мне она и не нужна! — воскликнула она. — Если дело в этом, то мне это и не надо!

— Ты не понимаешь, что говоришь, — сказал он тихо, но твёрдо.

— Нет, я понимаю, — ответила она спокойно, хотя внутри всё дрожало. — Мне приятно проводить время с тобой. Мне хочется проводить всё время с тобой... — Она слегка теребила платок пальцами — от волнения. — Ты стал особенным для меня.

Гласивор смотрел на неё долго. Потом вздохнул — тихо, почти неслышно.

— Время со мной — это время вдали от людей, вдали от тепла. Я никогда не буду как обычный человек.

— Я понимаю это, но... — начала она.

— Никаких «но», — мягко прервал он, улыбнувшись чуть грустно. — Давай так: я дам тебе десять месяцев, чтобы ты подумала. Хорошо подумала — готова ли ты к этому.

Она открыла рот, чтобы возразить, но он поднял руку — мягко, но решительно.

— А до тех пор... прощай.

— Постой! — вскрикнула Анфиса, шагнув вперёд.

Но он уже растворился — в вихре снега и ветра, который закружился вокруг него, как серебряный туман. Снежинки взвились, ослепили на миг, а когда вихрь утих — его не было. Только лёгкий иней на земле, где он стоял, и тишина леса.

Анфиса стояла одна. Снег медленно падал на её платок, на плечи. Она смотрела туда, где он исчез, и слёзы — горячие, быстрые — покатились по щекам.

— Десять месяцев... — прошептала она.

И медленно пошла домой — с тяжёлым сердцем, но с тёплой надеждой внутри.

Весна ждала его в условленном месте — на той самой поляне у истока ручья, где каменный круг хранил память о всех передачах силы. Это было время между сезонами: снег ещё лежал, но уже таял по краям, ручейки журчали под тонкой коркой льда, а воздух пах молодой травой и влажной землёй. Она стояла в центре круга — стройная, лёгкая, с волосами цвета первой зелени, в платье из лепестков и росы, которое переливалось в лучах утреннего солнца. Глаза её — яркие, изумрудные — смотрели на север, туда, откуда всегда приходил старший брат.

Гласивор появился беззвучно — сначала лёгкий морозный ветерок, потом вихрь снежинок, и вот он уже стоит напротив: высокий, в мантии из инея, белые волосы струятся по плечам, синие глаза спокойны, но в них — непривычная тень.