Книга Волшебная больница Святого Владимурра, страница 90 – Виктория Миш

Малыши выбирались из палат один за одним. Одна черноволосая девчонка лет семи выбежала из одной палаты и, радостно улыбаясь, забежала в другую. Через какое-то время выбежала оттуда с бананом в руке.

Тогда я не придала этому значения, тем более, что следом за ней вышел полный мальчик лет шести с машинкой и трактором. Он что-то объяснял ей вслед и совсем не тревожился, что у него взяли банан. Может, сам и предложил, раз дружат.

Так мельком подумала я, поднимая кричащего Темку с пола. Не сразу мне удалось подхватить его под попу, зафиксировать шею, чтобы не крутил головой в разные стороны и не бил меня, и оттащить к бордовому диванчику.

Тамсын на несколько секунд затих, удивленный сменой локации, и я смогла относительно ровно разместить его на коленях. А потом и добрая женщина со стаканом воды подоспела.

— Держите.

— Не знаю, как вас благодарить! — проговорила я и поднесла кружку ко рту Темы: — Пей. Вот вода. Не плачь больше.

В торжественном гуле, под десятком любопытных глаз, он залпом выпил полкружки.

— Какой нервный мальчик! — с неудовольствием заявила мама с кудряшками, и зашла в свою палату, которая находилась через пару дверей от поста.

Не прошло и минуты, как она с выпученными глазами выбежала в коридор:

— Где Рома? Ром-а-а! Извините, вы мальчика со светлыми волосами не видели? Вот такой, худенький…

На ее лице был написан такой священный ужас, что я не стала тянуть:

— Он побежал туда, — и махнула рукой, — К лифтам.

— Опять! — побледнела мать и дернулась в ту сторону, — Ро-ма-а!

— Не позволяйте ему ездить на лифте! — крикнула вдогонку медсестра, но мать уже завернула за угол.

— А я его сегодня утром видела! — та мамочка, которой вечно дует, с осуждением добавила: — Этого мальчика привязывать надо. Он неподобающе себя ведет. Вызывает лифты, мешает врачам работать!..

— Да что вы говорите! — вторила ей другая, — А моя Настенька совсем не хулиганит. Целыми днями сидит в палате и разукрашивает. Нам раскраски папа передал. Разрешили, да. И никуда не хочет выходить. Такая послушная девочка!.. А я и рада. Чего ей общаться с такими… — мне достался косой взгляд, — Завтра у нас операция, врач ей сказал не ужинать, чтобы с утра, значит, на голодный желудок…

Женщина всё рассказывала и рассказывала, какая ее Настенька послушная и хорошая девочка, а меня стали терзать смутные сомнения: не та ли это черноволосая Настенька вышла с бананом из чужой палаты?

Я взглянула еще раз на ее мать, осуждающую всё и вся, и решила промолчать. Думаю, она и сама вскоре всё узнает. Девчонка перепачкается и выдаст себя. Может, и признается, раз такая послушная и хорошая. А я помогать вредной мамаше не буду.

Неожиданно, к этому непрекращаемомуся ору присоединился еще один странный персонаж. Из крайней палаты вышел мужчина неопределенного возраста. Вид у него самого был болезненный и какой-то… пьяный, что ли. Мне даже показалось, что он пошатнулся в дверях. Хотя, сейчас вечер. Может,задремал?

Руки и ноги у него были непропорционально длинными и худыми. А больничный костюм, в отличие от других пациентов выглядел поношенным и несвежим. Кофту он носил с закатанными по локоть рукавами. Правда, даже закаты они были небрежно — одна сторона — едва-едва, вторая — почти до локтя.

Создавалось впечатление, что мужчина находится в больнице уже довольно долго и не заботиться о том, какое впечатление производит.