Книга Наследники. Выжить в Академии, страница 60 – Екатерина Шельм

Дейвон вернулся минут через десять. Посмотрел на меня, будто я мешок с навозом, которые ему предстоит тащить на своём горбу в горы.

— Что?

— Пошли. — Огрызнулся братец.

Мы обошли здание с другой стороны, и отправились к загонам драргов. Их было три, и все они почему-то были круглые. Каменные стены поднимались метров на десять в вышину. Где-то они были накрыты металлической сеткой, создавая странные дырявые и неприметные купола, а где-то застелены обычной крышей, толькос внушительной дырой посредине. Такой, в которую мог вылететь драрг.

— Почему загона три? — поинтересовалась я.

— В одном приручённые и связанные, в другом приручённые не связанные, а в третий тебе лучше никогда не соваться.

— Там что, дикие драрги?

— Не всегда. Но иногда да. Знаешь ведь как добывают драргов?

— Знаю. Или крадут детёнышей и растят их, или подчиняют взрослого.

— Именно. Растить тут некогда, так что Фарсон иногда мотается в Высокие горы и возвращается с новым драргом для академии.

— А Фарсон это который из четырёх офицеров?

— Женщина. Такая в шрамах вся. — Дейвон мазнул по лицу. — Могла бы убрать их, но наоборот кичится трофеями. Странная дамочка. Впрочем, они все тут немного двинутые. Ничего удивительного.

Мы дошли до загона, Дейвон открыл дверь, вошёл первым.

— Почему они двинутые?

Дейвон зашёл в какую-то неприметную дверь, а вышел с седлом. Всунул его мне в руки. Я скривилась. Тяжёлое, и воняет драргом. Спасибо хоть не задницей Дейвона.

— Они все боевые офицеры, комиссованные по здоровью или по выслуге лет. — Он пошёл по коридору, а я потащилась за ним, пытаясь пристроить тяжёлое седло в руках так, чтобы не выскальзывало. — Все прошли войны и не одну. Я как-то видел парадный китель Соры. Ордена и медали вешать некуда.

— Мы просто ведём слишком много бесполезных войн, — я подпихнула седло коленом. — А потом раздаём ордена счастливчикам, кто выжил.

Дейвон обернулся. Мы были вдвоём в тёмном узком коридоре, и мне стало не по себе.

— Послушай меня и запомни хорошенько. — Сказал он. — Здесь уважают офицеров и их службу. Мой отец, напоминаю тебе, был генералом армии и погиб, выполняя свой долг. И у кучи других кадетов отцы, а у кого-то и матери, служили в армии. Погибали на этих, как ты выразилась, «бесполезных» войнах. И если ты позволишь себе подобные высказывания о боевых офицерах и их наградах прилюдно, тебе в лучшем случае зубы выбьют. И не посмотрят, что ты принцесса крови. А в худшем… Был у нас в прошлом году один критик-пацифист, который хаял всех офицеров, насмехался над боевыми наградами и фыркал на военные подвиги. Что уж он тут забыл, я не знаю. Только однажды утром его нашли на дне каньона с переломанной шеей.

Я сглотнула.

— Он… не сам туда упал?

— Этого я не знаю. Зато я знаю, что онуспел взбесить половину академии за два года своей учёбы. На твоём месте я бы выбрал стратегию поумнее, Фиалка. Так что придерживай язык, если не хочешь закончить как Яранский.

— Яранский?! Как Ференц из моей группы?

— Да, — Дейвон толкнул дверь в конце коридора, и мы вышли на круглую песчаную арену. Везде были драрги. Летали, закапывались в песок, дрались, валялись кверху брюхом.

Я застыла, в ужасе оглядывая здоровенных ящеров. Дейвон свистнул и его драрг показался из полукруглой дыры, за которой видимо были пещеры для сна. Своеобразные стоила для драргов. Только ящеры, жители высоких гор, в отличие от лошадей, предпочитали узкие, каменные пещеры. Что и попытался повторить неведомый архитектор.