Книга Наследники. Выжить в Академии, страница 4 – Екатерина Шельм

И чего тут бояться? Погибших в лабиринте по статистике было немного. Кто-то неудачно споткнулся и ударился виском о камень, кто-то после часов блуждания запаниковал, полез на стены и рухнул оттуда. Нужно просто сохранить спокойствие и всё получится.

Ага, сохранить спокойствие. Легко сказать.

Лабиринт из всех испытаний Академии был самым известным. Первый этап отсеивающий претендентов каждый год начинало очень много людей. Иногда детишки богатых семейств, дворяне, известные светские персоны приезжали пощекотать себе нервы в Лабиринте. Никто не боялся этого испытания, ведь тут работало простое правило: поднимаешь руку, кричишь «Хочу домой» и тебя вышвыривает к порталу. Из претендентов в кадеты ты, ясное дело, вылетаешь, но, по крайней мере, остаёшься жив-здоров.

Благодаря этим чарам, начать Лабиринт не боялся никто, но пройти его дело другое. Неутешительная статистика говорила, что в лабиринте отсеивались девять из десяти претендентов.

— Знаешь, Ящик, лабиринт — это просто проверка на устойчивость под давлением. — завела я разговор с фамильным артефактом. Мой Ящик по классификации относился к «полуразумным», а значит разговаривать не умел. Но тишинатак давила, что болтовня стала мне жизненно необходима. Надо продолжать двигаться и не давать клаустрофобии взять верх.

— Никакой реальной опасности для необученных новичков тут нет, зато гонять по лабиринту могут целые сутки. Ох, надеюсь, нас с тобой не будут тут держать сутки.

Ящик, весело отстукивая копытцами, прыгал по камням. Внутри негромко звякали стеклянные бутылочки с зельями.

— Ящик, а какие в тебе зелья? Что там интересно папа мне оставил? Дай посмотреть!

Ящик послушно подскакал ко мне. Больше всего он походил на ящик для переноски инструмента, только каждый отсек был закрыт резными крышками для безопасности зелий. Ручки у Ящика в обычном состоянии не было, хотя однажды папа показывал мне, как артефакт прячет ноги и появляется ручка. Папа называл это «режим сам тащи».

Ящик встал бочком и открыл три отделения. Я достала первую бутылочку, посмотрела на свет, потрясла, покрутила по часовой стрелке. По характерным пузырькам и синему осадку опознала исцеляющий эликсир. Подписывать эликсиры и зелья в нашей семье считалось излишним. Зачем? Чтобы кто-то их украл? Нет уж, пускай только зельевар сам опознает свои запасы, так безопаснее. Отлично, исцеляющий эликсир наверняка пригодится. Во втором отделении тоже обнаружился исцеляющий, а в третьем…

— Да ты в меня веришь, папочка! — возмутилась я, вытащив третий исцеляющий эликсир.

Четвёртое отделение было закрыто.

— А этот? Открывай! — Ящик и ухом не повёл. И даром, что у него не было ушей в привычном смысле, но этот засранец прекрасно умел двигаться, показывая, что он слышит. Сейчас меня принципиально не услышали.

— То есть вот так? Ты мой теперь! Открывай, говорю!

Ноль реакции.

— Ладно, давай вторую сторону.

Ящик послушно повернулся и открыл ещё три отделения.

Тут уже нашлось кое-что поинтереснее: Усыпляющий раствор, Жгучее зелье и…

— Силы колдовские! Зелье скорости! — Я расплылась в благоговейной улыбке. Это зелье было очень сложным в приготовлении и дорогущим по части ингредиентов. А настаивать нужно было в свежей морской воде целый месяц. Это было сокровище! — Ладно, папа, прощаю три исцеляющих эликсира.