Книга Месть для дракона! Цель: сердце!, страница 39 – Татьяна Сотскова

Я проглотил комок в горле, заставляя свой речевой аппарат работать. Это давалось с трудом. Учитывая, что пустота в голове не желала расступаться, и мозг отказывался работать. Хотелось просто смотреть на Калисту, имолча восхищаться ее красотой.

— Привидение? — мой голос звучал хрипло. Я заставил себя ухмыльнуться, собирая остатки самообладания. — Нет, красотка. Привидения не заставляют сердце останавливаться. А ты… ты только что совершила на него нападение с особой жестокостью.

Я сделал шаг вперед, предлагая руку. Мой взгляд скользнул по ее лицу, по идеальной линии губ, и уже готов был сыпать отточенными комплиментами, самыми банальным, так как соображал я сейчас плохо, как вдруг она повернулась, чтобы поправить что-то на своем платье.

И я увидел спину.

Дыхание застряло где-то в горле. Весь мой натренированный сарказм, все мое красноречие испарились, оставив лишь первобытный, немой восторг. Мой взгляд прилип к той полоске обнаженной кожи, к изгибу позвоночника, уходящему в тающую темноту шелка. Это было одновременно невероятно элегантно и чертовски вызывающе. Скромность и разврат в одном флаконе. Идеально. Для нее.

Я не мог отвести глаз. Я чувствовал жгучее, физическое желание прикоснуться, провести пальцами по этой линии, почувствовать, настоящая ли она… Я хотел ее прямо здесь, прямо сейчас. Всю, без остатка.

— Нравится вид? — ее голос прозвучал резко, выводя меня из транса. Возвращая с небес на землю, и заставляя осознавать, насколько она прекрасна и недосягаема для меня сейчас. Осознание, что эта девушка сейчас от меня далеко и я не могу даже просто прикоснуться к ней, вызывало физическую боль.

Она обернулась и смотрела на меня с притворной невинностью, но в ее глазах плясали чертики. Она знала. Она прекрасно знала, какой эффект производит. И она определенно хотела именно такой реакции, иначе бы не надела такое платье.

Это вернуло мне дар речи. Моя знаменитая наглость сработала как защитный механизм. Я наклонился к ней, понизив голос до интимного, горячего шепота, полного самой откровенной пошлости, на какую только был способен:

— Вид? Напарница, я уже составил подробный умственный план всего того, что хотел бы сделать, основываясь на этом «виде». И он включает в себя очень детальное… изучение каждого изгиба этой безупречной территории. Без использования рук. Для чистоты эксперимента, разумеется. И на данный момент мне трудно перестать представлять картинки, в которых ты бы медленно снимала это платье.

Я ждал, что она вспыхнет, что-то броситв меня, назовет подонком. Но она лишь медленно обвела меня взглядом с ног до головы, и на ее губах играла все та же загадочная, полунасмешливая улыбка.

— Какой у тебя… научный подход, — протянула она, и в ее голосе звучала не обида, а вызов. — Жаль, мое тело не является общедоступной лабораторией для дипломных работ. Доступ исключительно по специальному приглашению. А их я пока что никому не выписывала.

И, бросив мне этот дерзкий, двусмысленный ответ, она тронула меня за локоть. От этого прикосновения у меня мурашки побежали по всему телу, и проснулась самое настоящее первобытное желание: плюнуть на вечеринку и провести время где-то в более интимном месте, где обстановка будет располагать к близости.

— Ну что, поведешь меня на эту псевдонаучную пьянку, или мы будем стоять здесь всю ночь, пока ты составляешь свои развратные теории?