Книга Сиротка в Академии Драконов 3, страница 54 – Оксана Гринберга

И мы вмешались.

Правда, домой все же не поехали, так как были уже на полпути к Керну. Вместо этого завернули в маленький городок по дороге, где на почтовой станции я разжилась листом бумаги и чернильницей с пером.

Там-то я и написала деду записку, после чего, свернув ее, попросила Айрею отнести в Карассу, уверенная, что в мою драконицу не станут палить из пушек, раз уж в прошлый раз этого не сделали.

И еще в том, что дед прислушается к тому, что я ему написала: в своем послании я сообщала, что видела выходивший из столичной гавани военный флот.

Айрея, к лапе которой я привязала письмо, улетела, вызвав вздохи восхищения у местных мальчишек, а мы с дядей уселись в карету и покатили себе дальше. Молчали всю оставшуюся дорогу до столицы, пока наконец впереди не показались стены и башни академии драконов.

Тогда-то дядя, потянувшись, сжал мою ладонь в своей руке.

- Ты все сделала правильно, – произнес он, и я была благодарна ему за поддержку.

Но довольно быстро отвлеклась, потому что у ворот академии оказалось настоящее столпотворение.

Ко времени нашего приезда собралась приличная толпа, которая с каждой минутой становилась все больше. Мы выбрались из кареты и уже скоро узнали причину – оказалось, вакадемию можно было попасть только после проверки документов, предъявления магической печати и… обыска, который проводили мрачные королевские маги в черной одежде.

- Кажется, Йорген сумел все-таки достучаться до своего отца, – пробормотала я.

Еще через пятнадцать минут нас все же пропустили, правда, перед этим заставив вывернуть все карманы, а потом еще и ощупали. Я знала, что именно искали маги: они охотились на владельцев золотых табакерок.

Но так как у нас ничего подобного не было, то мы с дядей спокойно прошли внутрь.

А вот пожилому магистру Таусенду, который вел у старших курсов Темные Проклятия, повезло намного меньше. Я видела, как его вели в карету с черными шторами на окнах, и сопровождали преподавателя два мага с траурными лицами, не обращая никакого внимания на его слова.

Хотя он твердил, что не понимает, в чем провинился.

Да, у него с давних времен имелась табакерка, в которой он хранил нюхательные соли – некоторым впечатлительным студенткам на его занятиях становилось дурно, и это лучший способ привести их в чувство.

- Но за что?! – возмущался он. – Я ведь даже не курю!

- Думаю, его скоро отпустят, – пробормотала я, понимая, что в том энтузиазме, который присутствовал в работе магов, легко допустить ошибки, и могут пострадать невиновные.

К которым, подозреваю, относился и магистр Таусенд.

Затем мы с дядей расстались. Он отправился в деканат, а я поспешила к общежитию, надеясь встретиться перед занятиями с Линой.

На мое счастье, я столкнулась с ней на крыльце.

Стоило ли говорить, насколько сильно я соскучилась по своей единственной и самой близкой подруге?

Оказалось, что она скучала по мне не меньше, а еще волновалась, подозревая, что я угодила в серьезные неприятности. Потому что стоило ей меня увидеть, как Лина повисла у меня на шее и не отпускала долго-долго.

Очень долго.

Шумно дышала мне в шею и еще, кажется, немного плакала – но исключительно от радости. Затем снова меня обняла, после чего, отстранившись, приказала мне все-все ей рассказать. От начала до конца, потому что уже хватит тайн – она сыта ими по горло!