Книга Любимая жена-попаданка для герцога, страница 47 – Ульяна Соболева

— Мы сообщим канулеру!

— пригрозил молодой лекарь, держась за поцарапанную руку.

— сообщайте, — я махнула рукой. — Заодно сообщите, что пытались украсть медикаменты. Уверена, канцлер будет в восторге.

Они ретировалиь с шумом и негодованием праведно оскорблённых некомпетентов. Когда дверь захлопнулась, я рухнула обратно в кресло.

— Идиоты, — выдохнула я. — Непроходимые, самоуверенные идиоты.

— Зато развлекательные, — заметил Василиус, вылизывая лапу. — Особенно тот, что попытался украсть лекарство. Его вопль был мелодичен.

— Ты мог его не царапать, — укоризненно сказала я.

— Мог — согласился кот. — Но где в этом веселье?

Я только покачала головой. Спорить с Василиусом в три часа ночи — это занятие для тех, у кого много свободной энергии и мало инстинкта самосохранения.

Следующие два часа прошли в относительной тишине. Я готовила очередную дозу лекарства, проверяла состояние короля, боролась с желанием просто упасть лицомв подушку и проспать до следующего тысячелетия.

А потом началось самое интересное.

Около пяти утра, когда за окном только начинало светлеть, Василиус внезапно застыл, его уши навострились.

— Кто-то идёт, — прошептал он. — По секретному проходу.

— Какому секретному проходу? — я тут же напряглась.

— Тому, что за гобеленом справа, — кот прыгнул на пол. — Я исследовал покои, пока ты нянчилась с королём. Очень удобная штука для тайных визитов.

Я схватила подсвечник — единственное, что могло сойти за оружие — и встала между кроватью короля и гобеленом. Сердце колотилось где-то в районе горла, а адреналин разгонял остатки сонливости лучше любого кофе.

Гобелен шевельнулся. За ним послышались осторожные шаги. А потом из темноты показалась фигура — худая, в тёмном плаще, с капюшоном, скрывающим лицо.

— Стой! — рявкнула я, занося подсвечник. — Ещё шаг и я проломлю тебе череп! И поверь, у меня достаточно медицинских знаний, чтобы целиться в самые болезненные места!

Фигура замерла. Я видела, как дрожат руки, сжимающие маленький флакон.

— Я… — голос был молодой, перепуганный. — Я просто должен был…

— Подсыпать что-то в лекарства короля? — закончила я. — Или сразу в питьё?

Давай, просвещай.

Василиус не стал ждать объяснений. Он метнулся вперёд, вцепился когтями в плащ и потянул вниз с силой, которая не соответствовала его кошачьим размерам.

Капюшон упал, открывая лицо.

Юноша. Лет двадцати, максимум. Слуга, судя по одежде под плащом. И до смерти перепуганный.

— Говори, — я подошла ближе, не опуская подсвечник. — Кто тебя послал? Что в этом флаконе?

— Я… я не хотел... — он задрожал. — Леди Эванна... она сказала, что это просто ускорит выздоровление... что король должен…

— Умереть? — подсказала я. — Она сказала, что король должен умереть, и ты должен помочь ускорить процесс?

Слуга побелел.

— Нет. Она говорила о.. о том, что ваше лечение слишком медленное, что это просто добавка.

— Покажи флакон, — приказала я.

Дрожащими руками он протянул маленькую склянку. Я осторожно откупорила её, понюхала. Знакомый сладковатый запах.

— Опиум, — констатировала я. — В высокой концентрации. Если добавить это в лекарство короля, он заснёт и не проснётся. Сердце не выдержит нагрузки.

— Я не знал! — юноша упал на колени. — Клянусь,я думал, что это просто снотворное! Леди сказала, что король плохо спит, что ему нужна помощь.