Книга Сирота для Стража Альянса, страница 9 – Маша Малиновская

Смотреть на космос было моим любимым занятием во время перелётов. Я вглядывалась в них и мечтала, что когда-нибудь я вернусь домой. Не знала, где этот дом, но где-то же он был. Может даже у меня была семья, которая ждала меня или искала.

А сейчас, раз уж созерцание звёзд мне было недоступным, я решила, что могу выспаться. Лететь было около шести часов, так что это была отличная возможность восстановить силы. Я ведь нормально не спала уже… да даже и не помню, когда в последний раз удавалось проспать хотя бы часа четыре.

Я прикрыла глаза и отрубилась почти моментально, а проснулась от того, что предчувствие зашкаливало. Сердце давало перебои, воздуха не хватало. Я резко села и осмотрелась. Я по прежнему была в грузовом отсеке. Мы по прежнему летели. Но почему моё тело так сигналило?

От страшного предположения прошибло потом. Неужели… Страж тоже был на борту?

В космосе сложно было понять, летит корабль или нет, если нет возможности посмотреть в иллюминатор. Если только по звуку работы двигателей. Но иногда при стыковке астеробусы не глушили двигатели, если это была транзитная станция, где нужно было загрузить или выгрузить груз.

Я села и напряжённо прислушалась. Разноцветный зверёк дважды громко фыркнул, будто спрашивал, чего это я напряглась.

— Дружок, ты не в курсе, всё по плану полёта или что-то случилось? — прошептала я. Конечно, животное ответить мне на вопрос не могло, да и вряд ли понимало мою речь. Оно замерло, а потом негромко протяжно завыло.

Я вся превратилась в слух. Мышцы спины свело от напряжения. Я пыталась прислушаться к предчувствию, но оно вело себя странно. Сигналило, но будто как-то отсранённо. За заслонкой.

Что делать, я не знала. Да и что я могла поделать? Только сидеть и ждать, ведь из грузового отсека я даже выбраться самостоятельно не могла.

Я открыла свой рюкзак и вытащила из него свёрток, который мне дал Риберт. Внутри оказалось два длинных куска хлеба, промазанных растительным маслом, между ними давленная свежая мята и жареный кусок мяса. От запаха тут же потекли слюнки.

Когда я последний раз ела? Да ещё и так вкусно. В баре нас кормили один раз за смену редким супом, без мяса, конечно же, а смена была четырнадцать часов. Мы с Бекой покупали домой то, что было по карману: самые дешёвые овощи, иногда сыр или яйца малых птиц. Мясо перепадало очень редко, почти никогда. Для нашей зарплаты оно стоило слишком дорого.

— Что смотришь? — я заметила на себе внимательный взгляд, виднеющийся через разноцветную шерсть. — Может тебе такое нельзя, откуда я знаю?

В ответ послышалось обиженное шипение.

— Ну ладно, — я отщипнула кусочек мяса и протянула зверьку. Тот поднялся на лапы и недоверчиво потянулся носом к прутьям клетки. Понюхал, а потом высунул тонкий длинный раздвоенный язык, обернул им кусочек и затащил в рот.

— Надеюсь, ты не сдохнешь от мяса, мало ли… — я как-то засомневалась, не сделала ли глупость. По крайней мере, проглотив, зверёк не упал замертво — уже хорошо.

Я вытерла руки об отрезок ткани, в который был замотан бутерброд, удобнее умостила сделанную из плаща подушку и уже хотела попытаться снова уснуть, когда услышала явные измененияв работе двигателей астеробуса. Они загудели тише и с паузами, как при пристыковке.

Через несколько секунд раздался звук разгерметизации грузового отсека, и дверь поднялась вверх.