Книга Сирота для Стража Альянса, страница 62 – Маша Малиновская

— И что же мы будем с этим делать? — я не смогла сдержать улыбку, наши лица почти соприкасались, горячее дыхание сливалось, и это очень возбуждало. Тело стало наливаться нетерпением, но растягивать томительное ожидание оказалось приятно.

— Вариантов не много, — его рука стальным кольцом оплела мою талию и по-хозяйски прижала к себе. Через одежду я чувствовала жар его сильного тела, стальные мышцы живота и груди и… крепкийналитый член.

Наши губы слились в поцелуе, и по моему телу волнами прошлась дрожь. Мне хотелось быть ещё ближе к Эллиоту. К его телу, к его силе надо мной, к его душе. Хотелось почувствовать его власть надо мною, отдаться ему без страха и сомнений — не так, как это было в наш первый раз.

Он перевернул нас, подмяв меня под себя. Ощущать его тяжесть на себе казалось таким приятным и таким правильным. Я обвила руками его шею и откинула голову, позволяя целовать моё лицо и чувствительную кожу шеи.

В этот раз не было дикого, испепеляющего желания, как в первый. Мы не были ослеплены веществами, которые метка выбрасывала в кровь в невероятном количестве. Сейчас желание было тихим и томным, плавило тело и обволакивало мозг. Хотелось нежности. Прикосновений снова и снова.

Хотелось слиться не только телами, но и душами.

Когда мы стали единым целым, меня захватило невероятное ощущение. Я тонула в своём Страже, в его запахе, в его силе, в его ненасытном желании завладеть мною.

Каждое движение, каждый толчок, каждый поцелуй — его печать на мне. Печать, которую я с радостью принимала.

Дойдя до финала, мы замерли, продолжая крепко сжимать друг друга в объятиях. Мне совершенно не хотелось, чтобы он меня отпускал. Хотелось потеряться вот так во времени и пространстве, чтобы бесконечный космос окутал нас и укрыл ото всех.

— Ты слаще любого эля, девочка, — Эллиот скатился с меня, натянув штаны. — С тобой можно забыть обо всём на свете.

— Если бы, — я тоже поправила на себе одежду и села, обхватив колени. Смотреть на Стража сейчас, когда он был спокоен и удовлетворён, было особенным удовольствием. — Ты голоден? Яра вчера принесла еду с вылазки, мы оставили тебе и Варену — он тоже спал.

— Поем с удовольствием, — кивнул Эллиот. — Но разделю с тобой, Фина. Теперь я всё хочу делить с тобой — от куска хлеба до жизни.

Он сказал это так просто, но посмотрел так, что у меня горло пересохло. Потому что это было не веление метки и даже не сладкая тяга тела — это было желание души.

Признание.

И желание это его было абсолютно взаимным — я тоже чувствовала, что хочу дальше по жизни быть рядом с ним, что бы нам эта жизнь не уготовила.

— Я тоже… — я поднялась и села напротив него на колени. — Тоже хочу этого. Хочу, чтобы ты был рядом. Всегда.

Я былапохищена ребёнком, а проснулась взрослой. Эллиот же был лишён и детства, и взросления, и любви. Нас никто не учил, как нужно признаваться в любви, мы не знали, каковы традиции в наших мирах, как люди связывают свои жизни друг с другом.

Но мы точно понимали, что хотим этого, поэтому признавались, как умели, как могли.

Эллиот подался ко мне и обхватил моё лицо ладонями, посмотрел в глаза и нежно поцеловал, словно запечатал наши обещания.

— А ещё ты голоден, — улыбнулась я, чувствуя, как мою грудь распирает от счастья. — Я принесу еду.

Я встала и отошла к небольшой выемке в скале, куда мы с Ярой накануне убрали еду, достала свёрток и разделила пополам то, что было в нём. Варен ещё спал, а когда проснётся, ему тоже нужно хорошо подкрепиться.