Книга Сирота для Стража Альянса, страница 25 – Маша Малиновская

Старались идти максимально тихо по пустому коридору. Я слышала только собственный пульс и дыхание, и мне казалось, что по столь громкому стуку сердца нас и найдут. Тело было так напряжено, что любой шорох оглушал.

Мы рисковали. Очень рисковали, потому что понятия не имели, есть ли в этом доме камеры слежения, сколько охранников и на какие замки заперты двери, на каких окнах лазерные решётки, как в нашей спальне. Шли наугад, по наитию.

Рискованно?

Да.

Смертельно опасно?

Естественно.

Но мы лучше рискнём, чем позволим пользоваться нами, словно вещами. А я вообще бегу сколько себя помню, так что мне не привыкать.

Мы прошли по коридору, свернули на лестницу. Где-то далеко послышался томный женский смех, а потом и стон. Римма побледнела ещё сильнее, а Лина поёжилась. Я лишь сглотнула, не желая ни думать, ни вспоминать о тех странных ощущения, которые зародились в моём теле при прикосновении Стража.

Мысли эти казались неправильными и опасными. Будто стоит мне подумать об этом, и Страж тоже почувствует, вспомнит и тут же бросится на поиски. Поэтому усилием воли я запретила себе думать об это. Да и не время было сейчас.

Мы решили спуститься к столовой. Я предположила по опыту, что если и есть где-то минимально охраняемая дверь, то на кухне.

Уже было поздно, поэтому свет тут был выключен, горели только дежурные лампы над пустыми столиками.

Мы тихо пробрались за стойку и вошли в саму кухню. Здесь тоже было тихо и пусто, гудела лишь негромко посудомоечная машина в углу возле разделочного стола.

— Чего это вы шляетесь тут, шлюхи? — раздался рядом, заставив подпрыгнуть на месте, грубый женский голос. Перед нами выросла толстая обрюзгшая повариха в грязном переднике. На полу перед ней стояла большая кастрюля с сухой крупой и канистра с водой. — Еды своровать пришли? А?! Вот я Мариак скажу, что жрать ночами бегаете! Потом ляжки свои жирные мужикам показывать будете?

— Нет-нет, мы просто… —попыталась успокоить её Лина, потому что повариха могла своим зычным голосом привлечь сюда охранников.

— Заткнись, свиноматка! — рявкнула на неё Римма, подойдя сбоку, и… повариха вдруг повалилась на пол.

В руках у Риммы была огромная разделочная деревянная доска. Такую ещё надо постараться поднять, а вырубить ею кого-то — надо было недюжую силу иметь. По Римме так и не скажешь ведь с виду.

Римма отбросила доску и выдернула какой-то ящик наугад. быстро схватила несколько вилок и ножей из ящика и дала нам. — Держите. Хоть если что не дадимся просто так. Я в комнату к тому психу если вернусь, то только в виде трупа.

Мы переступили через повариху, что лежала без сознания. Она точно была жива, потому что её хрюкающее дыхание слышалось отчётливо. Бросились в конец длинной кухни, и там обнаружили, как и надеялись, дверь.

— Не заперто, — тихо шепнула девчонкам я, приоткрыв дверь, но тут же спряталась обратно, потому что на улице, куда она вела, что-то громко загудело.

Мы снова осторожно выглянули и увидели, что чуть дальше задом сдавала машина.

— Там баки с мусором, думаю, — сказала Лина. — Это за отходами приехала капсула.

— Это наш шанс, — Римма схватила меня за руку. — Надеюсь, вы не чистюли.

— Не сейчас, — ответила Лина.

Сейчас действительно нам было совсем не до чистоты, поэтому мы осторожно выскользнули за дверь и побежали к машине. Благо, ночь, хоть и светлая, помогала нам скрываться.