Книга Наследник для звёздного захватчика, страница 62 – Маша Малиновская

Места внутри было немного: две ниши в стене, расположенные одна над другой — кровати, небольшой стол, винтовой табурет, маленькое зеркало на стене. Напротив головной стены в нише экран, сейчас выключенный.

Свет был включён, я его погасила, оставив только диодную полосу по одной из сторон потолка, и забралась под покрывало. Свернулась, подтянув колени к груди и закрыла глаза.

Скольже всего случилось за сегодняшний день. Меня судили, приговорили к смерти, я узнала, что бесчувственная убийца беременна от моего брата. Потом мне пришлось ей довериться и бежать, скрываясь от погони, с родной планеты. Увидеть космос. Попрощатьсяс домом.

Так что — да, я чертовски устала за этот день.

Ах, да, ещё и волосы…

Прикрыв глаза, я почувствовала, как сон ласково обнимает меня, утаскивая в свои сети. Тело стало расслабляться, а разум поплыл по бескрайнему космосу…

* Чёрные дыры менее 1 млрд солнечных масс — самые малые в классификации Чёрных дыр.

** Акреционный диск — структура на орбитальном движении Чёрной дыры.

*** Горизонт событий — точка невозврата, за которой начинается сингулярность Чёрной дыры. Говоря коротко — линия, из-за которой не выбраться из Чёрной дыры.

И плыл мой разум во сне по бескрайнему космосу до тех пор, пора не врезался в кошмар. Расплющился, разбился на осколки.

Крики, визг, копоть, жар огня и наступающая вода. Потом Чёрная дыра, засасывающая внутрь. Указывающие на меня пальцем старейшины, выкрикивающие приговор. Наместница в зелёном, что довольно улыбалась, вводя в мою вену смертельную инъекцию.

Мне снилось, что я в анабиозе. Вечном и безвозвратном. Что моё сознание заперто в навсегда выведенном из строя теле. Я пыталась проснуться, разбудить себя, но всё никак не выходило.

Мне снилась Яра и лужи крови вокруг. Её перекошенное от горя и злобы лицо. Снился Шейн, которого уносила в жерло Чёрной дыры. Командор за плотным толстым стеклом, до которого я с криками не могла достучаться.

Я варилась в собственном кошмаре, словно в кипятке. Сгорала заживо, не имея возможности пошевелиться и позвать на помощь.

А потом резко распахнула глаза и уставилась в тёмную стену. Диодная полоса под потолком помогла сориентироваться, где я и что сейчас происходит в реальности.

Сев на кровати, я провела дрожащими пальцами по лицу, обнаружив, что лоб и волосы влажные от пота, хотя в отсеке было совсем не жарко. Потрогала нос, глаза, губы, снова посмотрела на кисти — мне нужно было убедиться, что я контролирую своё тело, что оно принадлежит мне.

Сердце в груди билось быстро-быстро. Я пыталась успокоить его ритм хоть немного, сделала несколько глубоких вдохов и выдохов.

— Это сон, — мотнула головой. — Всего лишь сон.

Я попыталась снова лечь в постель, мне даже показалось, что стало получаться расслабиться. Но едва я снова начала проваливаться в сон, как жуткие картины будто того и ждали. Стали снова утаскивать меня в свои пугающие сети. Липкой паутиной сковывали тело, туманили разум.

Но мне удалось стряхнуть с себя наваждение. Я сползла с кровати и, упёршись обеими руками в стену, просто дышала, пытаясь остановить паническую атаку.

Получалось плохо. Ночной ужас будто из сна переполз в реальность. Нет, я не видела ужасных картинок, не чувствовала отвратных запахов смерти, не слышала криков друзей и близких. Я могла управлять своим телом. Но ощущение страха не покидало. Одиночество давило так сильно, что уже казалось невыносимым.