Книга Наследник для звёздного захватчика, страница 47 – Маша Малиновская

Пути назад уже не было. Ни дома, ни белого заборчика, ни золотистого пирога на завтрак им уже было не видать. Да и всё это было лишь ширмой. Ненастоящим. Оставалось только посвятить жизнь мести и сопротивлению.

Это было просто — ненавидеть захватчиков, желать им смерти и бороться с ними не жалея себя. Просто и понятно.

Сейчас же, когда всё перевернулось с ног на голову, Шейн сходил с ума. То, что рассказала ему сестра, не укладывалось в голове.

Они с Лили — эксперимент?

Их родители — учёные?

Ещё и… мама или папа — с Кроктарса?

Это казалось невероятным. Глупостью, бредом, полной ахинеей.

Это казалось совершенно неправильным.

У Шейна в груди покалывало и голова кружилась от мыслей. Дышать было тяжело. Ему хотелось крикнуть сестре: “Ты врёшь!” Но он знал, что Лили бы не стала лгать ему.

Он видел на её шее такие же полосы, как у “вампиров”. Такие же, как увидел и у самого себя сегодня утром… И её рассказ о родителях внёс хоть какую-то ясность. Шейн не хотел верить в это, но сколько бы он ни пытался отрицать, понимал, что Лили говорит правду.

— Я знаю, в это сложно поверить, Шейн, — сестра сжала его руку. Её чистые голубые глаза смотрели с болью и сожалением. — Мне самой было невероятно трудно принять это. Но нужно смотреть правде в глаза: мы — не люди. Но это не делает нас такими, как кроктарианцы. Мы — не зло, Шейн. И наши мама и папа тоже. Они как раз пытались сделать то, что прекратит скитания кроктариацев по Вселенной в поисках ответов. Если они получат их, то, хочу надеяться, уйдут с Земли.

В то, что “вампиры” уйдут, Шейну верилось с трудом. За шестьдесят земных лет они превратили её в колонию, и вряд ли откажутся.

— Он не обидел тебя, Лил? — сейчасэто казалось важнее всего остального.

Шейн провёл пальцем по щеке сестры, и она прижалась к его ладони, прикрыв глаза. Стоило ему представить, что этот Яжер мог сделать с его чистой и хрупкой сестрой, у Шейна застилало взгляд красным. И самое ужасное, что он ничего не мог поделать.

— Нет, Шейн, — Лили покачала головой и посмотрела на брата. — Ничего такого. Тайен… не жаждет причинять боль. Он не такой.

Шейну было странно и непонятно, почему его сестра такого мнения о “вампире”.

— Лил, ты идеализируешь его. Он “вампир”. И он один из их главарей. Это его сапог топчет нашу Землю. Это его рука повелевает убивать.

— “Нашу” Землю? — Лили сделала шаг назад и внимательно посмотрела брату в глаза. Шейн с болью в груди ощутил, что между ними как-будто бы вырастает невидимый барьер. — А она наша с тобой?

Лили прикоснулась к светящимся полосам на своей шее, посмотрев красноречиво и больно ширнув этим в грудь Шейну.

— Всё неоднозначно, Шейн. Тебе ли теперь не понимать этого.

А потом Лили призналась, что именно она вывела командора из бункера, спасая от смерти. Это потрясло Шейна не меньше, чем новость о том, что они сами — плод межпланетного эксперимента. Он понимал, что таким образом она, скорее всего, спасла всех в бункере. Потому что если бы они казнили командора, как собирались, их всех бы убили.

Но… почему она сделала это? Он — её мучитель. Тот, кто медленно отнимает у неё жизнь. Неужели… у неё к нему появились чувства?

Но об этом Шейн Лили уже не спросил. За ней пришли, и им пришлось попрощаться. Он был благодарен судьбе уже за то, что она жива, и они смогли увидеться. Лил сказала, что придёт ещё, и в ожидании этой встречи Шейн и собирался жить.