Книга Плен, страница 17 – Кристина Нордис

Моя жизнь разбилась вдребезги и разлеталась как вода из под копыт вороных красавцев, под дождем покидавших и эту неизвестную, жуткую гостиницу и этот казавшийся мне мерзким город, четыре вороных коня словно ураган разбивали довольно глубокие лужи, унося меня и всадников в неизвестность, и отсюда начинается мое настоящее, так не похожее на прошлое.

А я чувствовала себя маленькой и бессильной перед неотвратимой судьбой, которая летела словно вороной, и обдумывала слова господина, зная, что еще аукнется этот рабский договор, и ОН точно потребует от меня большего.

Я пришла в себя от странного чувства. Тепло разливалось по моему животу.

И вдруг с ужасом осознала, что лежу под одеялом абсолютно голая, а мой живот мягко поглаживает его рука. Это... это немыслимо и стыдно, я незамужняя девушка... я...

В панике посмотрела на него. Он улыбнулся, но руку не убрал.

— Т-ты... что ты делаешь??? — я забыла правила приличия, моя память лихорадочно подсовывала мне картинки как мы ехали, но я совершенно точно была одета.

Дернулась под его рукой, но он удержал, резко придавив меня.

— А что такого я делаю? — спокойно и нагло спросил он,— Лечу тебя. Мне конечно приятно, что ты решила быть ближе ко мне, но я твой хозяин и обращаться ко мне ты должна на "Вы". Впрочем, можешь называть меня Владыкой или Властелином, — его рука скользнула между моих бедер и его пальцы смяли мои складки, я попыталась вскочить — глупо, потому что его вторая рука вернула мою голову на подушку ухватив за рабский ошейник.

— Потому что я Властелин твоего тела,— прошептал мне на ухо, — запомни я если что-то беру, так будет всегда и никогда никто не отберет.

Его палец вошел в лоно, осторожно трогая преграду. А рука сжала складки почти до боли. Я изогнулась и застонала.

— И если ты лежишь рядом со мной голая, то так будет всегда, пока я того хочу. Ты не имеешь права говорить мне "нет". Никогда. Иначе я сам тебя накажу.

Пока он говорил его рука играла с моими складками, сжимая их а палец скользил между ними, а я испытала страх, стыд и бурю таких острых ощущений, наравне со щекоткой, что хоть и приятно, но хотелось вырваться и убежать, а я не могла, паниковала и сама причиняла себе боль когда он удерживал меня за складку. Но я была мокрой, скользкой, а он сильным. И чуть придавил мое бедро, мне не вырваться. Мои чувства изменялись от негодования и стыда до бессилия и страха и в то же время желания.

— Мы продолжим это потом, — насмешливо сказал он, когда я перестала трепыхаться, и постаралась лежать смирно и терпеть, хоть это невозможно, — а сейчас вставай, поешь и пора ехать.

Он откинул одеяло и я предстала голая перед ним. Тут же поспешила накрыться снова. Но он рывком его вырвал и зашвырнул в противоположный угол комнаты.

— Я же сказал, что я взял однажды, принадлежит мне. Я видел тебя голой. Ты будешьходить так сколько я захочу.

— Даже одежды мне не дашь? — опустив глаза спросила я. Ну же, принцесса, соберись, как бороться с наглым беспринципным мужланом, на которого не хватает физических сил? Мало меня гонял Дирон Шнейке, наш преподаватель! Думай, если силы неравны.

— Дам, но только ту, что захочу, — нет, он издевается!

— И что мне одеть? — я не увидела в комнате ничего из своей одежды, даже нет моей обуви — ну той, что он купил мне.