Книга Нелюбимая жена ректора академии, страница 4 – Юлия Марлин

Нет. Не смогу. Сгорю от стыда.

– Ну, признается, что он отец. А дальше? Ложиться в койку с ним по-настоящему тебя никто не заставит, - наставительно фыркнула подруга, которой вопреки клятвам и обещаниям я рассказала самую суть.

Усмехнулась.

Представляю эту картину: я стою перед посторонним мужиком и, заикаясь, бормочу: «Милорд, не могли бы соврать ректору, что Эрин и Ларк ваши дети? Ну, пожалуйста, соврите ему».

Застонав от абсурдности ситуации, смерила академический лазарет широким шагом. Со стороны полок несло горько-пряными целебными микстурами, по огромному окну ползли ветвистые снежные узоры.

Сегодня моих занятий в расписании нет. С утра я заменяю штатного доктора. Все было прекрасно, замечательно, пока в академию не приехал мой муж-дракон.

Застыв с натянутой спиной, оглянулась к близнецам. Доверять их игровой комнате опять – побоялась; забрала сюда, устроила на мягком обитом шелком диванчике и попросила фамильяра магистра Лоуренса их развлечь. Большой рыжий пушистый кот громко мурлыкал и охотнодавал себя тискать. Близнецы были в восторге.

– Алисия, - из неоднозначных мыслей выдернул шепот Моники. – Что решила?

– Ничего, - прошипела сквозь зубы.

Молчаливое бегство – самый верный в моем случае выход. Но куда я пойду посреди зимы с двумя маленькими детьми?

– Магистр Блум давно от тебя без ума. Стоит мягко намекнуть и…, - напомнили вкрадчиво.

– Только не он, - отрезала я.

– Почему?

– Блум наглый. Самоуверенный. И утверждается за счёт унижения студентов. Он мне противен!

Моника уперла руки в боки:

– Зато сохранишь близнецов при себе.

О, да, декан факультета стихийной магии давно подбивает ко мне клинья и уже не раз намекал, что не прочь завести более тесные отношения. И дети от другого мужчины, по его словам, совсем не помеха.

Я представила, как уговариваю надменного огневика обвести вокруг пальца кузена самого императора, и меня замутило.

– Нет.

– Да, Алисия. Используй свои женские чары и дело в шляпе, - прошипела подруга. – Это ради Ларка и Эрин.

От возмущения кулаки сжались сами собой.

Идея выдать отцом моих близнецов противного лорда, от одного взгляда на которого меня передёргивает, обожгла всё нутро.

– Моника, ты просишь о невозможном.

– Алисия, вспомни закон о наследниках, - она приблизилась и обхватила мои плечи ладонями. – Слабая нетитулованная магичка из низов ничто для властного кузена императора. Закон будет на его стороне. И если он пожелает забрать детей, то заберёт. И ни один законник тебе не поможет. Алис, милая, подумай. Зачем давать ему даже повод думать – чьиэто дети? Сегодня же разорви этот узел, будь смелой. А еще сделай так, чтобы близнецы как можно меньше попадались лорду Торноту на глаза. И быть может, милорд о них позабудет.

Забудет он, как же. Глупая бессмысленная надежда.

Но делать в любом случае что-то придётся. Нельзя, чтобы муж, с которым мы разошлись шесть лет назад, вздумал опять портить мне жизнь.

Спасла себя глубоким вздохом.

– Хорошо, я подумаю.

Из коридора прогудел ученический гонг.

Декан факультета бытовой магии бодро улыбнулась.

– Правильно. И не отвергай сгоряча кандидатуру магистра Блума. На что-то же этот павлин должен сгодиться.

Подмигнув, она убежала из лазарета вести третью и четвертую пары.

Пользуясь временным затишьем и отсутствиемпокалеченных студентов, я прошла к дивану, села и обняла Ларка и Эрин. Дети охотно прильнули ко мне и уткнулись в предплечья. Рыжий пушистый фамильяр, грозно зевнув, забрался к Эрин на колени, свернулся клубком и задремал.