Книга Нелюбимая жена ректора академии, страница 114 – Юлия Марлин

Утром проведу на полках ревизию. Рассортирую бутылочки с зельями и снадобьями, проверю срок их годности и заодно оценю заклинаниями на пригодность и отсутствие ядов. Очень надеюсь, что за время моего вынужденного прогула никто не испортил лекарства, и не подмешал в них отраву, но мало ли что. Мелия напоследок могла устроить диверсию. И вообще, неизвестно – кого она пускала в лазарет и чем на самом деле тут занималась. Доверять ей студенческие жизни не безопасно.

… В тихом, заметенном снегом проулке царили покой и умиротворение. В окнах жилых домов горел яркий свет. Мыбеспрепятственно вошли на общую лестничную клетку и поднялись в свою квартирку.

Желто-золотистый свет ламп растекся по прихожей, совмещенной с гостиной. Тут ничего не изменилось. Разве только установленные Коннором охранки разгорелись сильней, как специально напоминая о драконе. Нити полыхали на стенах и потолке, отбрасывая отсветы на портьеры и мебель. Поморщилась. Завтра попрошу кого-то из высших магистров их деактивировать. Мой слабый резерв в этом деле не помощник.

Эрин и Ларк сонно поклевали поздний ужин, выпили ягодный чай. Я сменила постельное белье на чистое и уложила детей по кроватям. Доченька обняла фамильяра, пожелала хороших снов и уснула. Ларк поймал меня за руку и, почти в полусне, с закрытыми глазками, пробормотал:

– Мам, обнимешь папу за нас. Хорошо?

Сердце пронзил шип отчаяния.

Как объяснить ребенку, что мама и папа не могут быть вместе? Не потому что такие упертые и плохие, а потому что жизнь намного сложней детских грёз. Нет, я, конечно, позволю Торноту видеться с близнецами, но простить его не готова.

Проглотив горький комок, пообещала:

– Конечно, солнышко. Обниму.

Сыночек расслабился, на его губах расцвела улыбка, и он тихонечко засопел.

Вернувшись в гостиную, я долго таращилась в одну точку перед собой, умоляя сердце биться не так больно и громко, а потом на скорую руку навела в брошенной на две недели квартире порядок. Отправила грязные вещи в корзину, пообещав себе устроить стирку в выходные, приняла горячий душ и провалилась в вязкий омут без сновидений.

* * *

Проснулась незадолго до рассвета. Почти на ощупь выбралась из-под одеяла и отправилась на кухню, смутно припоминая, что еды вчера вечером мы купили только на ужин. Пришлось наспех умываться, одеваться и бежать в кондитерскую лавку мисстрес Элоизы, расположенную на углу тихой улочки.

Зато когда дети с шумным смехом влетели на кухню, завтрак ожидал во всём великолепии: в виде аппетитной яичницы, сдобных булочек, посыпанных корицей, с широкой прослойкой варенья и мака, сладкий ягодный чай и ореховые пирожные с воздушным безе.

Я потягивала крепкий кофе с шапкой сливок, а дети, уплетая вкусности, наперебой рассказывали о своих красочных снах. Кто бы сомневался, что моим ангелочкам приснится отец-дракон?

Эрин он подбрасывал в синие лазурные небесаи ловил. Моя малышка заливисто хохотала и просила еще «полетать».

Ларка отец посадил себе на плечи и катал по бескрайней вересковой долине. А вдалеке виднелся замок из серо-синего камня, с высокими башнями, шпилями и стягом рода, развивающимся на прохладном ветру.

Рейвенхолл.

Родовые земли семейства Торнотов.

Я нахмурилась.

Сын и дочка никогда прежде не бывали в тех краях, тогда почему столь подробно описывают западные земли Верденской Империи?