Книга Станция "Глизе", страница 117 – Мария Лунёва

Его руки резко сомкнулись на моих бёдрах, пальцы впились в кожу, слегка царапая. В следующий миг я уже оторвалась от скользкого пола. Инстинктивно ноги обвили мужской торс, пятки упёрлись в напряжённые мышцы спины. Тугие струи остывающей воды хлестали по плечам, но их холод казался таким невыносимо приятным.

— Держись, — хрипло прошептал Зейн, и я почувствовала, как его хвост упруго обвивает мою талию, страхуя, прижимая ближе.

Первый толчок заставил меня вскрикнуть — не от боли, нет, а от внезапности, от того, как стремительно заполнило всё внутри. Движения Зейна были резкими, почти грубыми. Губы обжёг еще один поцелуй, жадный, влажный от капель воды и нашего смешанного дыхания.

Я вцепилась пальцами в его плечи, чувствуя, как мышцы играют под кожей с каждым толчком. Его хвост сжимал меня сильнее, помогая удерживать ритм, а свободный кончик скользил по животу, сводя с ума.

Голова запрокинулась назад, и я слышалатолько хриплые стоны, свои и его, да глухие шлепки тел под водопадом.

— Ты… такая тесная… Горячая, — Зейн впился зубами в мою шею, и это стало последней каплей — тело взорвалось спазмом, волны удовольствия накрыли с головой.

Зейн не останавливался, его движения стали ещё яростнее, ещё беспощаднее, пока наконец он не вогнал себя в меня до предела с глухим рыком.

По бедрам потекло что-то горячее, липкое. Но все тут же смывалось водой. Дрожь в мышцах оставалась. Хвост Зейна всё ещё плотно обвивал меня, будто не желая отпускать.

Мы стояли так, дыша в унисон, пока пульс не перестал бешено колотиться в висках. И даже тогда, когда он медленно опустил меня на дрожащие ноги, его ладонь осталась на моей пояснице — твёрдая, надёжная.

— Я не представляю, как жил без тебя, Эль. Меня волновала лишь сестра. Я желал вернуть ей жизнь, а на себя мне было плевать… — он провёл языком по моей мочке уха, — Ты изменила все, просто скользнув под мое одеяло и обняв. Я никогда не был так счастлив, как в ту самую ночь, ощущая тепло твоего тела. Ты так доверчиво жалась. И мне снова захотелось жить.

— Могу вернуть каждое произнесенное тобой слово. До тебя, Зейн, я просто существовала, разглядывая розовую плесень над головой. Ты же дал мне то, чего у меня не было уже так давно, что я забыла, каково это, когда тебя любят. Ты семью мне дал.

Повернув голову, я поцеловала его.

Нашего возвращения ждали. Все умытые, переодетые. И даже Фиомия сменила платье на своем изображении на более праздничное, что ли. Ну да, день рождения.

— А мы тут думаем, из чего можно тортик сделать, — выдала она. — Дядя Фуки предлагает соорудить его из мяса, а по бокам украсить любимыми овощами Эль.

— А может, просто вернемся в Солнечную систему и сходим в кафе? Я знаю, где можно купить шоколадные пироженки незадорого, — предложила улыбнувшись.

— Ну, это когда будет, — она надулась.

— Да будет тебе тортик, мелкая, — тут же пообещал ей Карлос. — И подарок, — на его лице появилось ну такое выражение. Все, поплыл наш хитрозадый снабженец. Надо же, настигло его, где не ждали.

— Так вы ели или нет? — уточнил Зейн.

— Угу, — подал голос из капсулы доктор Хайян. — Всех заставил взять по три белковых батончика. И вам принесли. Чтобы без возражений поужинали.

Дважды заставлять не нужно было. Через минуту я уже сидела в своем кресле и вскрывала обвертку. Откусила и поняла, насколько голодная. А глядя на Фиомию, и тортика захотелось. Или ещё чего вкусного. И так хорошо на мостике было, душевно. Никто не спорил, не ругался. На большом экране, словно камин, весело пылала станция Глизе. Огромные трубы не выдержали испытание огнём. Сырьё фонтанировало, разливаясь на землю… Жуть, конечно, но захватывало.