Книга Дневник-оборотень и другие истории из чёрного портфеля, страница 13 – Екатерина Земляничкина, Анастасия Безлюдная

Кирилл сменил школьную рубашку на чёрную водолазку и натянул на лицо вонючую страшную маску. Залез в гроб. Тут дверь распахнулась, и в кабинет ворвалась Маша.

– Вы что, совсем?! – заорала она на ребят. – Ложиться в гроб живому – плохая примета! Забыли, что я вам про Вальпургиеву ночь говорила? А она, между прочим, – сегодня.

– Мы сегодня Вальпургиев день устроим! – расхохотался Даня. – А ночью пусть гроб куда хочет катится: хоть на кладбище, хоть в ночной клуб! Готов, Кир?

– Да погнали уже, а то перемена скоро закончится! Да и душно тут, – сдавленным голосом прохрипел Кирилл.

Даня накрыл гроб крышкой, распахнул дверь и вытолкнул его в коридор.

– А-а-а-а! Гроб на колёсиках! – заорал он во всё горло и вытащил из кармана телефон, чтобы снять свою версию «Вия».

Гроб катился по коридору, девчонки визжали и отпрыгивали в стороны, мальчишки стучали кулаками по крышке, кто-то хохотал, кто-то снимал происходящее на телефон. В общем, и правда, наступила Вальпургиева ночь, точнее, день – шабаш нечистой силы.

Конец происходящему безумию положила Ольга Юрьевна. Волевой рукой театрального режиссёра она остановила шествие гроба.

– Твой выход, Кир! – прошептал Даня.

Но из гроба почему-то никто не выскочил.

– Эх, надо было самому ложиться! – с досадой вздохнул Даня. – Сдулся Кир… Ну давай же, такой момент!

А Ольга Юрьевна не стала ждать выхода на бис, взяла инициативу на себя и откинула крышку гроба. Кирилл ухватился руками за край и сел.

– Вот же блин! – разозлился Даня. – Тоже мне артист! А где «Поднимите мне веки»? Всё равно ведь попадёт, веселиться – так до конца уже!

Страшно хрипя, Кирилл тянул края маски вверх, но та словно приросла к его лицу и никак не снималась. Кирилл вцепился в неё и с такой силой сжал пальцы, что костяшки побелели. Резким движением он сдернул маску вверх, и все ахнули. Его было не узнать: лицо покраснело, опухло и покрылось волдырями. Он пытался что-то сказать, но вместо слов слышался только хрип.

– Ну всё… гроб Кирилла покойником выбрал, – ахнула Маша. – Теперь заберёт его с собой в царство мёртвых.

– Ко мне, упыри! Ко мне, вурдалаки! – вдруг заорала Отелла. – Вызывайте скорую – у него аллергический отёк!

После этого происшествия Ольга Юрьевна передумала ставить «Вия». Магазинчик на углу парка закрылся – им местная администрация такую Вальпургиеву ночь устроила за продажу угрожающих жизни и здоровью товаров! Ну а Даня со своей «режиссёрской версией» «Вия» на весь город прославился – про гроб на колёсиках даже в местных новостях написали. Вот только радости эта слава ни Дане, ни Кириллу не принесла. Но главное, что все живы остались. А гроб на колёсиках на части распилили и чёрных табуреток наделали.

Ваня Востоков, всегда лохматый и взъерошенный, сидел за последней партой в среднем ряду. Он не думал, что кошмары доберутся и до его последней парты. Но кошмары, как известно, любят происходить в самых удалённых уголках.

В ноябре, сразу после каникул, в школе появился новенький. Высокий и худой, как пожарный шланг. Все его так и прозвали – «Шланг». У него даже фамилия была подходящая. Шлангин. Шлангин Виктор Петрович, новый учитель географии.

На первом же уроке он громко объявил:

– В следующий четверг пишем контрольную! Проверю ваши знания по географии.