Книга Без мозгов, страница 58 – Оксана Иванова-Неверова

Но самое грустное, что его физическое состояние с приходом оттепели начало стремительно ухудшаться. Эмоциональный фон тоже оставлял желать лучшего. Подселенцам становилось всё хуже. Они метались в голове у бедного мальчика, а мальчик метался в школе. Внимательная Рина Викторовна это заметила и отправила Миху к детскому психологу. Само собой, проблему это не решило.

Однажды в школу привезли новые экспонаты для кабинета биологии. И мальчик, ввязавшись в драку, ненарочно одну банку разбил. Подселенцы унюхали или, правильнее сказать, учувствовали какое-то подходящее им вещество. Поэтому следующим утром мальчик пробрался в школу пораньше. Охранник здорово ворчал, но пропустил, не оставлять же ребёнка на улице. Тем более, что ребёнок был более чем легко одет.

Рина Викторовна, так уж совпало, тоже пришла рано – навести порядок в лаборатории. Миша, а точнее, его новые родственники, приняли спонтанное решение расширить жилплощадь. Такой уж подвернулся подходящий случай: у Рины закружилась голова, и в некотором смысле она сама их пригласила. Подселенцы не хотели дурного, они просто пытались наладить собственный комфорт. Ведь с Людмилой Михайловной всё сложилось отлично. Только… С Риной дело пошло внезапно совсем не так.

К мальчику подселенцы попали в момент клинической смерти мальчика. Органично объединились с умирающим мозгом и по сути подарили своему носителю вторую жизнь. Рине Викторовне, к счастью, до смерти было ещё жить и жить. Да, из-за проблем с давлением у неё, бывало, кружилась голова. Да, именно в то утро её рассудок помутился на какое-то время. Да, темноту обеспечил мальчик. Переход осуществился, но… Живой мозг не принял гостя.

Произошло не слияние, а замена. Подселенец занял черепную коробку, а мозг… Переместился в банку с формалином. Вторженцы умели при подходящих условиях разложить вещество на атомы и снова собрать в непосредственной близости от точки распада. Так мозг Рины Викторовны оказался отделён от организма, но по-прежнему был необходим для его работы. Лопнувшая в неподходящих условиях банка означала смерть не только носителя, но и паразита.

После происшествия с Риной стало понятно, что формалин – подходящая для подселенцев среда. Жить в ней нельзя, но в качестве перевалочного пункта годится. Вот так, через банки, Конь транспортировал своих тараканов, в смысле медуз, Юрику и Рубановой. Маринка их тоже видела, этих космических медуз, мерцающих в банках. Медуз, взявших под контроль несколько человек из самого обычного земного города.

Как и почему сгодился именно формалин, каким образом осуществлялся процесс и поддерживалась связь, Людмиле Михайловне ещё предстояло выяснить. И вообще, её ждали масштабные и, как она надеялась, долгие исследования.

А дальше… Пришла расплата. Живые носители начали подвисать без полноценной связи с собственными мозгами. Рина Викторовна ощутила это почти сразу, и пыталась поговорить с Михой, но ничего не получилось. Она едва ворочала языком, а Миха вообще ушёл в отказ и даже слова не вымолвил. Рина по понятным причинам была уверена, что он не хочет. А он не мог. И впервые испугался по-настоящему.

Это привело его к Юрику. Юрик единственный, кто, во-первых, абсолютно не боялся Коня, а, во-вторых, мало чему удивлялся. Было бы хорошо, подумал мальчик Миша, дружить с кем-нибудь по-настоящему. И взял с собой баночку с медузой. Ни на что не рассчитывая, просто на всякий случай. Случай представился – Юрик хлопнулся в обморок в нужное время в нужном месте. Подселенцы не дремали.