Книга Кот и кореец, страница 47 – Ася Фуллер

Тот, кто считает, что три минуты – это мало, никогда не занимался боксом.

Тот, кто считает, что тридцать секунд пролетают незаметно, тоже никогда не занимался боксом.

Тот, кто считает, что в шлеме не больно – что ж… тот тоже никогда не занимался боксом.

О том, что будет тяжело, Кира поняла сразу – как только пропустила в голову первый джеб – прямой удар левой рукой.

Оля двигалась резко, быстро, на первый взгляд не очень технично, но почти каждый её удар долетал до цели.

Через минуту Кира поняла, что ей трудно дышать. Через полторы от очередного джеба неприятно заныл нос, а где-то в горле стало немного солоно.

Бешеная Оля сыпала удары один за другим.

– Не рубись! Не рубись! – орал ей из угла бородатый тренер.

– Тридцать секунд. – Голос Лиса слышался будто бы издалека.

Пропущенный боковой.

Таймер коротко запищал – осталось десять секунд.

Наконец писк стал долгим, и Кира отползла в угол ринга – умирать.

Она повисла на канатах, с ужасом думая, что сейчас минута перерыва закончится и впереди ещё такой же раунд, если не хуже.

Бешеная Оля стояла, уперев руки в бока. Товарищи по команде одобрительно хлопали её по спине.

Вдруг Кире кто-то провёл по лицу холодным мокрым полотенцем. На нём тут же отпечатались кровавые полоски.

Кира обернулась – думала, Лис. Но нет – за её спиной, на месте тренера, стоял Пак.

– Капу. – Его ладонь оказалась у Киры у самого рта, настолько близко, что она почувствовала запах мыла.

– Что? – выдохнула она. Мысль о том, что нужно выплюнуть слюнявую капу кому-то прямо в руку, казалась ужасной.

– Да выплюнь уже, Кот, дышать легче будет. – Лис сунул Кире в рот бутылку с водой.

Кира сделала глоток. Пак ослабил ей липучку шлема и быстрым движением вынул капу. Мерзость.

Кира сделала глубокий вдох. Гораздо, гораздо легче.

– Слушай меня, и будет всё нормально, – зашептал Пак ей на ухо. – Она открывает корпус. Не бей только в голову. Голова – корпус. Я говорю «корпус» – ты бьёшь в корпус. Это понятно?

– Понятно, – ответила Кира, хотя получилось что-то вроде «па…на…на».

– Давай. – Он снова запихнул ей капу в рот, застегнул шлем и слегка подтолкнул.

Таймер издал длинный звук. Боксёры вышли в центр ринга и хлопнули друг друга по перчаткам. Раунд начался.

Присутствие Пака Кира почему-то ощущала спиной.

И голос его тоже был слышен, хотя он точно не кричал, а говорил спокойно.

– Корпус, корпус. С правой, вот так, первым номером, – повторял Пак.

И это работало. Как Кира не поняла, что Оля действительно слишком высоко задирает руки к голове? Как, поддавшись своему страху, не заметила, что соперница просто несётся вперёд, забывая о защите?

– Тридцать секунд, – крикнул Лис.

Тридцать секунд, двадцать, десять. Таймер.

– Лучше. – Пак снова вытер Кире лицо мокрым полотенцем и опять вытащил капу. – Третий раунд надо забирать.

И то ли ободряющие слова помогли, то ли лицо Бешеной Оли после второго раунда стало немного встревоженным, но страх куда-то ушёл.

Может, всего на три минуты, но и этого было достаточно. В третьем раунде удалось даже пробить несколько серий ударов – последнюю зрители встретили радостными воплями.

Оля яростно отбивалась. Солёный привкус во рту у Киры стал сильнее.

Десять секунд. Таймер. Конец.

Соперницы обнялись – Оля стиснула Киру в объятиях. Кира уткнулась ей в плечо, будто они были хорошими подругами.