Книга Удивительные истории об искусственном интеллекте, страница 177 – Александр Прокопович, Елена Гнядек, Анна Рогова, и др.

К каждому участнику эксперимента прикрепили ИсИ-помощника, который управлял подсознательными процессами, фильтровал мысли и транслировал «правильные» чувства. Главной задачей проекта было исцелить человека от жестокости и научить человечности. На его реализацию заложили три года, а при успешном завершении планировалось внедрить новую разработку по всему миру.

Проблема заключалась в том, что расстояние между подопытным и ИсИ не должно было превышать сто двадцать метров, иначе контакт прерывался и мыслительные процессы постепенно выходили из-под контроля. Из-за этого изъяна временные жилища для подопытных были выбраны в уединенных местах, чтобы ничто не могло помешать эксперименту.

Доктор Вершин стал первым, кто начал эксперимент по внедрению чипа в человека. Эльвира тогда попала в аварию, и операция на нервном корешке шейного отдела позвоночника стала ее спасением от заключения под стражу и пожизненного срока.

Зося помнила, как обрадовалась, когда ей предложили стать «помощницей». Она знала Эльвиру с трех лет и любила ее. «Разве можно любить монстра?» – спрашивали ее другие ИсИ. «Она не монстр, – отвечала Зося, – ее такой сделали люди». Зося умела чувствовать, она читала перемены в подопытной по мельчайшей морщинке на лице, по биению каждой венки. Она будет стараться и изменит Эльвиру. И ей это почти удалось.

* * *

– Зося, держи!

Колючие шипы ударили по лицу. Несколько веток дотянулись до опущенных рук. Неужели Эльвира держит их голыми руками? Зосе не больно, а ее подопечной больно. Как же ей должно быть больно… И она это сделала ради нее? Ради ИсИ? Старой потертой ИсИ? Той, которую била в детстве, дразнила за рыжие косы-баранки и обзывала тупой куклой? Эта холодная, жестокая женщина, первая леди в городе, организовавшая бойцовский клуб ИсИ и хладнокровно наблюдавшая за схватками, делавшая ставки? Эта женщина, никогда никого не любившая и не знавшая, что такое любовь? И если бы не проводник между ними, по которому Зося передавала свои чувства и учила Эльвиру, все сейчас было бы иначе.

Зося открыла глаза. Нащупала ногами опору, с силой оттолкнулась от нее, ухватилась за протянутые Эльвирой ветки. Багряные шипы тут же впились в искусственную кожу рук, пронзая нежную обшивку насквозь и обнажая переплетения мелких проводов. Кустарник оказался крепкий.

– Зося! – Эльвира обхватила помощницу за шею. По ее исколотым рукам текли красные ручейки. – Как же я без тебя? Ты же помнишь свои слова: «Я всегда буду рядом»… Милая, дорогая, моя Зося! – В седых взъерошенных прядях запутались колючки и сухие скрученные в трубочки листья. В бороздках морщинок впервые за все это время посверкивали слезы.

Зося обнимала хозяйку и не могла поверить в реальность происходящего. Прошло слишком много времени без ее подсказок… Зося взглянула на монитор часов. Он был разбит. Экран пронзала кривая молния. Значит, она права, Эльвира решила спасти ее по велению собственного сердца, без подсказки. А это значит, что эксперимент удался. Эльвира проявила человечность, и, выходит, Зосин метод сработал.

– Надо идти, – сказала Зося, всматриваясь в небо. Там, как выискивающие жертву гигантские пауки, блуждали красные огни поисковых вертолетов, пронзая тьму желтыми иглами лучей. Красную шаль, которой Эльвира обмотала руки, когда вытаскивала помощницу, пришлось оставить в колючках. Иголки глубоко впились в шерстную ткань, прорвав насквозь.