Онлайн книга «Удивительные истории об искусственном интеллекте»
|
Воздух без транспорта очистился так, что и у шумной прежде городской магистрали можно было дышать полной грудью. Но с закрытыми глазами. Проект специальных очков заморозили. Постановили, что помощники функциональнее. В них встроили и датчики-измерители, а радиометры сдали в утиль. Мой, правда, избежал этой участи и переехал со мной – я неохотно расстаюсь с вещами и первое время то и дело сверяла данные. А уровень поднимался и к концу года замер на зловещих 19,7. Следующий, 2033 год объявили годом закрытых глаз. Наступило новое время. Кто-то толкнул меня плечом, и я вздрогнула, возвращаясь в реальность. – Вынужден огорчить, – продолжал начальник, – излучение усилилось и, по предварительным расчетам, через десять дней приблизится к 23,0, критической отметке для жизнедеятельности. Рисковать нельзя. Малейшая доза излучения приведет к необратимым повреждениям мозга. Но спасение в наших руках. Вы должны донести до населения важность обязательной операции и к воскресенью предоставить списки оперируемых, указав приоритетный способ закрытия глаз. Как просто! Укол или сшивание век по новейшей технологии, и ты уже никогда, даже случайно не откроешь глаза! Я привстала, вцепившись в столешницу, глубоко вдохнула, веки вздрогнули… «Не смотри», – шепнул голосовой помощник. «Не смотрю», – опомнилась я и зажмурилась. Он прав, запротестуешь – потеряешь подобие свободы. «Элен силла лумен оментильво[9], – шепчу, чтобы успокоиться. И снова: – Элен силла лумен оментильво». И мне вдруг отвечают: «Я жду тебя». Время открытых глаз …Келеборн помог мне спешиться и махнул на прощание рукой. Девчонки из колонны ролевиков разинули рты, только одна уронила: – Да это ж Димка из конного клуба на Ипподроме! Димка, значит. Я отдала Верке хайратник, мы влились в колонну, но я то и дело прислушивалась, не донесется ли перестук копыт. Увы, Димка-Келеборн появился, спас и исчез. Впрочем, ненадолго. – Пока тебя ждала… – начала Верка, когда мы застыли у палатки, выбирая мороженое. – Уфф, жарко, сейчас бы в Хэлкараксэ! Так вот, пока тебя ждала, узнала, что наши дивные теперь встречаются по четвергам. И не на эспланаде, оттуда гоняли. В общем, приезжаешь на Окулова, идешь через Морию или по матерной горке – и ты в Средиземье! В конце набережной, на спортплощадке, укрылся под сенью дубов-мэллорнов Лотлориэн. Но тогда я этого еще не знала. Искать конный клуб я постеснялась, но мысли о Средиземье не отпускали, и я решилась. В четверг Верка, как назло, заболела, но я пошла одна. Дивилась на «Морию» – туннель над железнодорожными путями, на парапеты набережной, пестрившие посланиями. Сэр Макс призывал Меламори встать на след, Арагорн собирал Братство Кольца, вязь стихов об Арте венчало аккуратное «Иэллэ». Я шла все дальше, рассматривая надписи и синюю летнюю реку, и вдруг услышала… нет, не перестук копыт. Гитару. И песню. Нет мне дома и за морем, и в далях туманных полей. Нет покоя, как нет и сердца, ты сожгла его до корней. Только Валар создать могли тебя, любимая дочь земли…[10] Шагнув в зеленую арку на заброшенную спортплощадку, я увидела Келеборна. Он сидел на поваленном дереве, в венке из одуванчиков. Улыбнулся, отложил гитару, поднялся навстречу. – Elen síla lúmenn’ omentielvo. То есть – привет! Так все и началось. |