Книга Аркан смерти, страница 2 – Юрий Усачёв

Я верил в это пространство изо всех сил. Лежал на кровати и верил до семнадцатого пота. Казалось, мир мёртвых существует, пока я держу мысли о нём в крепких тисках намерения быть с ним на связи. Стоит мне отпустить это ощущение, и произойдёт катастрофа – потустороннее пространство исчезнет в один миг. Главное – держаться и посылать сигналы. Он там и в конце концов должен меня услышать.

Где-то спустя месяц.

Кружащиеся вихри носились по моим глазам и ударялись о дно сетчатки. Откуда они? Из ряби от остатков соли. Я не умывался несколько дней, а слёзы текли непроизвольно. Внутренние краны сорвало, и потоки стали неконтролируемы. Вызывать сантехника бесполезно. Вода периодически заканчивалась, и глаза высыхали. Дневной свет отражался от солёной крошки и создавал несуществующие очертания.

В дверь постучали. Ответа не последовало. Женский голос проговорил глухо что-то про еду. Грудная клетка сократилась, и меня вырвало прозрачной жидкостью прямо на кровать.

Я перевернулся на грудь и попытался стереть солёный слой с лица. Некоторые кристаллики падали на ковёр, а самые вредные попадали в глаза. Режущая боль! Ноющий стон непроизвольно вырвался из горла и ударился о нёбо, пока слёзы пытались смыть солёные раздражители.

За окном всё время утро. Хотя это может быть моим заблуждением, ведь закат мало чем отличается от рассвета, когда отключено ощущение времени.

Почему в моём случае минуты продолжают растягиваться, как резина?

Через 89 суток.

Вопросы атаковали. Именно они заставили меня подниматься с кровати и пытаться есть. Я уже превратился в сухой разум – нужны были ответы.

С кем бы я ни заговорил, все смотрели с диким сожалением. Доказать, что моё состояние в норме, не получалось. В зеркале отражался странный дистрофик, чьи глаза были навыкате, как у пекинеса, и от лёгкого подзатыльника они вылезут из орбит. Синие круги обрамляли веки и делали взгляд ещё более сумасшедшим. Никто не обращал внимания, что я транслирую трезвость. Горе прожито. Мне нужны ответы!

Круг вопрошаемых был очень маленьким. Пара коллег и случайные люди, свидетели происшествия. Про его жену я вовсе забыл. Ей не до меня, вероятнее всего.

Дома я сел у входной двери и припал щекой к холодному полу. Голову нужно было остужать, чтобы опять попытаться выйти на связь с призрачным пространством. Мизинцем правой руки я стал отбивать чёткий метр. Потом пошёл счёт вслух: «Один, два, три, четыре…»

Зрение расфокусировалось, изображение поплыло.

«Тринадцать, четырнадцать…» Вибрация пошла от пяток поверхности ног, добралась до поясницы и опоясала меня. От этого живот втянулся, дыхание застыло на несколько секунд.

Позвоночник заходил ходуном, и я провалился на дно огромной чёрной тарелки. Мой голос продолжал считать, но звучал далеко: «Сорок семь, сорок восемь, пятьдесят три, пятьдесят два…» Осознанный контроль счёта ушёл, и началась путаница.

В этой медитации я хотел отправиться во временной мёртвый поток. У меня получалось заниматься тета-хилингом в разных вариациях, но с энергией ушедших я ещё не вступал в контакт.

«Сто пять, сто десять…» Ноги легко оттолкнулись от дна тарелки, всё тело быстро поднялось над розовой полосой, тянувшейся из ниоткуда. «Я найду тебя, друг…»

Меня понесло вверх и впихнуло в желеподобный слой энергии. Раздирая руками мутный концентрированный воздушный слой, я продолжал двигаться. Медленные и тяжёлые движения вывели меня в новое пространство перламутрового цвета. Здесь никого не было. Вдалеке я заметил бутылку шампанского. Она зависла в воздухе без движения. Подойдя, смог прочитать надпись на этикетке: «Выпей за моё здоровье и не вздумай сюда больше приходить!»