Книга Аркан смерти, страница 14 – Юрий Усачёв

– Похоже, он приходит в себя, – услышал я тихий женский голос.

– Да, но давайте не будем спешить, возможно, ему тяжело даже вспомнить своё имя, – второй женский голос до боли был знаком. С ним бы хорошо сочетались скрипки и аритмичные звуки ударных… И тут мою голову пронзило узнавание голоса Эллы.

Я резко открыл глаза, но их пришлось тут же закрыть из-за яркого белого света. Такой переход из темноты в дневное освещение был достаточно отчаянным поступком, я застонал от рези в глазах.

– Всё хорошо, Лиам! Ты в больнице, цел и невредим, – прозвучали подбадривающие слова Эллы.

Мне было холодно, но, как ни странно, ничего не болело. Немного кружилась голова и першило в горле. Часто моргая, я постепенно привык к дневному свету и увидел стоящих надо мной людей: своего психотерапевта и незнакомую медицинскую сестру, которая записывала что-то в блокноте.

– Он достаточно быстро очнулся, сообщу доктору. Вы ему сейчас нужнее каких-то дополнительных лекарств, но особо не напрягайте его разговорами, – прошептала медсестра, многозначительно посмотрев на Эллу. Она быстро скрылась за дверью зелёно-голубой больничной палаты.

– Ничего не понимаю, – прохрипел я.

– Слава богу, ты не упал с моста, но, как я поняла, планировалось именно это. Что помнишь последним?

Я напрягал мозг, который отчаянно сопротивлялся и не хотел выдавать картинки прошедшего вечера, чтобы не переживать всё заново. Но я всё же вспомнил последние секунды:

– Как забирался на парапет моста и меня затрясло.

– Всего лишь судорога. Твоё тело тебя спасло. Оно не позволило сделать задуманное. Инстинкты могут оказаться сильнее наших планов. Я нашла тебя лежащим на мосту в припадке.

– Как ты вообще там оказалась?

Элла внимательно посмотрела на меня:

– Ты не оставил выхода. Последнее, что я от тебя услышала, было слово «Vale». Всю нашу встречу ты молча слушал, а сказанное тобой на латинском «прощай» прозвучало обречённо и устрашающе. Напомню, что я терапевт – латынь изучала. Не нужно быть психологом, чтобы понять: ты затеял неладное.

– А я думал, это слово было просто последней мыслью в моей голове.

– Да, ты выпил немалую порцию алкоголя, и твоё сознание оказалось где-то между мыслями и поступками. Между двумя реальностями. В трубке после твоих слов я услышала грохот и подумала, что ты упал без сознания и выронил смартфон. Я пулей выехала к тебе домой. Хорошо, что дорога проходит рядом с этим ужасным мостом, на котором ты лежал, корчась в судорогах. Зачем ты туда пошёл?

Было сложно проговорить несбывшееся намерение:

– Пытался всё повторить за ним…

Элла задумалась, не отрывая от меня взгляда. Несколько секунд тишины резали уши.

Она предположила:

– Тебя, наверно, перевесило назад. Снег немного смягчил приземление, плюс судороги и алкоголь не дали телу напрячься в полёте. Всё ясно. В итоге на тебе нет даже синяков. Доктор сказал, что анализы показали воспалительный процесс, который неизбежен при долгом нахождении на холоде без верхней одежды, небольшое отравление алкоголем и скачок уровня сахара.

Я молчал и не мог переварить тот факт, что не умер.

В левой части комнаты было окно, за которым всё так же шёл снег. Только в этот раз он тихо падал обречёнными хлопьями, создавая внешние шторы, прикрывающие вид на сосновый лес. Погода продолжала заботиться обо мне и открывала мир постепенно. Она занавешивала счастливых людей, наслаждающихся зимними прогулками и катаниями на лыжах. Сейчас они абсолютно не подозревали о том, что один съехавший с катушек парень лежит в больнице после попытки оборвать свою жизнь на ржавом мосту.