Онлайн книга «Детектив к Рождеству»
|
Наверняка хозяин скоро вернется. Он может испугаться меня, но думать о подобном некогда, нужно заняться моим спасением. Я закрыл за собой дверь и бросился к печке. Снял обувь и начал подставлять ноги по одной к теплой стене, чтобы согреть и высушить стопы. Развернувшись к печи спиной, я ахнул. Справа от входной двери стоял и смотрел на меня человек с бородой. В полумраке я чуть не упал от неожиданности и уже приготовился извиняться за вторжение, но потом понял, что этого не требуется: я испугался своего отражения. На стене висело большое овальное темное зеркало. По краям оно было украшено серебряной рамкой с полусферами, составляющими старинное украшение. Удивительно, но зеркало было таким черным не из-за минимума света в комнате. Я подошел ближе, чтобы убедиться в этом: отражение было тусклым, потому что передо мной был отражающий камень. Обсидиан. Я читал, что этот черный камень обладает мерцающими переливами и отражающим свойством. Первые зеркала, по одной из версий, изготавливали из отполированных пластин обсидиана. Ты удивлена моими познаниями, Лина? Хотя что от них толку, ведь я все равно испугался своего отражения. Вот тупица! Приглядевшись, я распознал четыре слова, написанные по краям черного зеркала густой коричневой краской: Иегова, Элохим, Меттатрон, Адонаи. Я ничего не понял, но в этом доме с печкой и обсидиановым зеркалом мне стало не по себе. В окне слева от двери промелькнула тень. Меня стал обволакивать ледяной воздух, несмотря на правящий в доме жар от печки. Разум подсказывал: хозяин дома вернулся и вот-вот зайдет. Сейчас раздастся звук шагов на пороге, потом шум отворяющейся двери. Еще чуть-чуть. Он ведь только что был у окна, поэтому через миг застанет чужака, то есть меня, в своем доме — скорее всего, испугается и бросится защищать свое жилище. Мне достанется. Точно достанется! Три… Два… Один! Никого. Печка продолжала производить жар, а за стенами дома не появилось ни звука. Я еще раз поглядел в черное зеркало и отшатнулся от неожиданности: в отражении кроме меня теперь был падающий снег. Внутри комнаты, конечно же, не было никакого снега, а в черном овале кружили белые хлопья. Вытянув рукав до середины ладони, я потер им поверхность обсидиана, но это ничего не изменило — снег был там, внутри… Расслабление потащило усталость к ногам, которые вмиг стали очень тяжелыми, и я попятился назад. Сел на кресло-качалку, хрустнувшую, но не развалившуюся от моего веса, и неожиданно потерял контроль над глазами, а через секунду и над сознанием. Сон поглотил меня. Проснулся быстро, хотя ощущение было такое, что произошла перезагрузка, бодрость теперь овладела мной полностью. Я снова оглядел комнату: ничего не изменилось — и в черном зеркале продолжал идти снег. Он завораживал. Я поерзал в кресле. Мое левое бедро заныло, потому что под ним оказалась какая-то твердая вещица. Это была книга. Как я ее не почувствовал? Скорее всего, слишком сильно устал от сегодняшнего дня и моему телу было все равно, на что оно опирается. Да и я ж не принцесса на горошине. «Папюс. Практическая магия» — значилось на обложке книги. 1912 года издания. Эм-м… Что за чертовщина? В окне в очередной раз мелькнул силуэт, и через полсекунды раздался стук в дверь. Сердце ускорилось, а нервы стали натягиваться: что-то не по себе мне в этой лачуге. Отбросив страхи, я направился к двери, открыл ее и… |