Книга Завещание свергнутой королевы, страница 92 – Ольга Володарская

Он хотел продолжить разговор на эту тему, рассказать о городе и пригласить Юлю туда, но к столику подошел сомелье, и его пришлось прервать. Возвращаться нему Яков не стал, и за первым бокалом они вели легкую беседу о кино, книгах и музыке. Вкусы у них совпадали, и это его радовало, а ее удивляло:

— Я думала, мы во многом не сойдемся!

— Почему?

— Мы проживаем разные жизни. У тебя три гражданства, трансатлантические перелеты, виллы на Лазурном Берегу, инвестиции, а у меня дом-работа, огород далеко за МКАДом, сын, вдруг превратившийся в разгильдяя, не желающего учиться, требующая к себе повышенного внимания мама и сайт знакомств как единственный помощник в поиске мужчины.

— Мы можем жить по-разному, но думать одинаково. Чувствовать одинаково. Мечтать об одном и том же. В глобальном смысле, я имею в виду. Потому что люди, живущие на Лазурном Берегу, в своем несчастье и счастье ничем не отличаются от тех, кто обитает за МКАДом.

— Многие с тобой не согласятся.

— А ты?

— У меня виллы в Ницце не было, ничего сказать не могу, — свела разговор к шутке Юля.

Они сытно поели. Хоть порции были небольшими, но Яша заказал чуть ли не все меню. Ни Израиль, ни Европа не истребили в нем ментального грузина. Стол, если за ним ты не один, а с гостем, должен ломиться! На деловых ужинах Аскеров сдерживался, но на дружеских посиделках и свиданиях заказывал столько, что не съесть. Даже в те годы, когда было туго с деньгами.

Когда принесли десерт, телефон Якова затренькал. Зобов!

Извинившись перед Юлей, Аскеров вышел из-за стола, чтобы с ним поговорить.

— Эдуард Львович Мазур скончался от инфаркта, — начал он. — Проблемы со здоровьем у него начались на второй год заключения. Он несколько раз лежал в больничке, но серьезный приступ не пережил.

Те же самые сведения Аскеров получил от адвоката Мазура больше десяти лет назад. Они официальные, но не факт, что правдивые.

— Сестра Мазура, Элеонора Львовна, забрала тело уже на следующий день и увезла в Псков, — продолжил Зобов.

— Она там сейчас и проживает?

— Прописана она в Москве. В квартире брата, которая ей досталась после его смерти. — Та трешка, в которой они еще с Лолой жили. Яша совсем забыл о ней, что странно, ведь в ней его чуть не убили! — Там ли женщина сейчас или нет, выясню завтра. Но не лично. Помощника хочу взять себе, если вы не против.

— Дополнительные расходы меня не смущают, но зачем он вам?

— Намерен отправиться в Карелию, где сидел Мазур. По телефону со мной откровенничать не стали, но на месте я смогу разговорить кого-нибудь из сотрудников охраны. Нюхом чую, нечисто дело со смертью Мазура.

— Да, поезжайте. И помощника возьмите, но отправьте его сначала ко мне. Я в том доме, где квартира Мазура, несколько лет жил, соседей знаю, могу пригодиться.

— Во сколько ему подъехать?

— К девяти утра.

На этом и распрощались, и Аскеров вернулся за стол.

— Хочешь еще что-нибудь? — спросил он у Юли.

— Смеешься? Я едва дышу.

— Тогда я попрошу счет, и мы прогуляемся. Не против?

— С удовольствием. Но недолго. До двенадцати мне хотелось бы попасть домой.

Он наклонился и демонстративно посмотрел на ее туфли.

— Удивлен, что не хрустальные? — поняла его шутку Юля. — Мне на работу вставать в семь, нужно выспаться.

— Тогда предлагаю вызвать такси и поехать к тебе…