Книга Завещание свергнутой королевы, страница 52 – Ольга Володарская

Зазвонил телефон. Швырнув опустевший стаканчик в урну, Антон поднес его к уху со словами:

— У аппарата.

В одном эпизоде он произносил эту реплику, играя секретаря комсомольской организации. Для этой роли ему пришлось состричь длинную челку. А он ее, между прочим, начал отращивать еще во Владимире.

— Привет, сынок.

— Добрый вечер, тетя Даша. — Так он называл маму Вари, а она его сынком.

— Моя не с тобой?

— Она дома, а я с работы возвращаюсь.

— Что-то трубку не берет.

— Значит, к соседям ушла, а телефон оставила. Я прослежу, чтобы перезвонила.

— Что бы я без тебя делала.

Варя нечасто звонила домой. И когда жила во Владимире, и сейчас. Держала связь с родными по особым дням: в среду и субботу. Среди недели и выходной. А так, чтобы спонтанно набрать и поболтать с матерью, отцом или бабушкой, никогда. Она очень любила их всех, даже отца, который ушел из семьи, но как будто не хотела навязываться. А еще разочаровывать!

— Похвастаться мне нечем, — говорила Варя жалобно. — Муж меня бросил, оставил ни с чем. Я без жилья, стабильной работы… Неудачница!

Антон ругал ее за такие слова до тех пор, пока не услышал признание:

— Я не родная им. Меня удочерили младенцем.

— Когда тебе об этом сказали?

— В шестнадцать. Решили, что пора. Но лучше бы они этого не делали!

— Почему? Правда важна.

— Еще скажи, как герой старого кино, что в ней вся сила, — переходила на повышенные тона Кузя. — Глупости это все. В моем случае правда ослабила меня настолько, что я превратилась в забитое существо, пугающееся всего на свете. Я была не такой раньше! Ты бы видел меня в возрасте пятнадцати лет! Мне все было по плечу.

Антон пытался вставить хоть слово, но Варя не давала, отмахивалась от него и продолжала изливать душу:

— Чувство неуверенности появилось в тот день, когда мне раскрыли правду. И все, я поплыла… Поплыла по течению! Я не могла бороться с ним, ведь за мной больше не стояла сила моего рода. Ты не знаешь, но прабабушка часто об этом говорила. Она всегда была главой нашей семьи. Матриарх, как мы ее называли. Сильная, бесстрашная, она девочкой раненых бойцов с поля боя выносила. Трех детей без мужа вырастила, выучила. И сама при этом образование получила. Она с раком два раза справилась, потому что нет такой болезни, которая победила бы матриарха. Прабабушка умерла, когда сама этого захотела. Просто устала жить, слегла и через месяц ушла… — Варя уже плакала, а мокрое лицо утирала рукавами своей пушистой кофточки. Ворсинки отрывались от нее и прилипали к коже, делая ее похожей на шкурку персика. — А мама! Она как соловей поет. Я тоже пыталась и удивлялась, что не получается… До тех пор, пока не узнала правды!

— Ты говорила, что пошла в отца, — припомнил Тоша.

— А что мне оставалось? Он у меня такой обычный… Как я. Но зато красивый. Высоченный блондин с голубыми глазами. А я мелкая и чернявая. Думала, мне в генетической лотерее не повезло, взяла ото всех не плохое, нет, среднее. Я на самом деле ежик, серенький, пугливый, бесполезный. Только редко клубком сворачиваюсь, больше брюшком кверху лежу — подставляюсь.

— Хватит на себя наговаривать! — рассердился тогда Антон.

— Меня воспитали неплохим человеком, в этом заслуга семьи. А в чем моя? Не спилась, не скололась? В тюрьму не села? В долги не влезла? Так это не достижение. «Я стану великой актрисой!» — с малых лет твердила я. И меня поддерживали, водили на кружки, в театры возили. И что в итоге? Я бегаю в ростовой кукле, развлекая детвору.