Книга 19 студентов, 14 дней и Керженец, или Блогер в щучьей пасти, страница 5 – Мария Рутницкая

— Слушай, ты, звезда нельзяграма, — Сашка, похоже, обиделся всерьез, — куда ты собралась переть это свинячье безобразие? Ты понимаешь, что он в байдарку не влезет? А если и удастся запихать, то он промокнет на первом же переходе?

Вокруг начинают шуметь пришедшие в себя одногруппники.

— Так, ладно, — Андрей вспоминает, что он вообще-то руководитель и организатор, — Сергей Федорович, — обращается он к водителю, с которым, явно, знаком, — доедьте, пожалуйста, тут недалеко есть спортивный магазин, и купите большой рюкзак. Как раз успеете, пока мы будем загружаться.

Мужчина смотрит на Инну, та кивком головы подтверждает просьбу. И действительно, пока мы загружаем в грузовики только что привезенное дополнение к огромному количеству скарба, необходимого нам на следующие две недели, шофер возвращается с покупкой.

Авита презрительно смотрит на темно-зеленый рюкзак и открывает рот, чтобы выразить свое негодование, но тут не выдерживает Сергей Митрохин. Он, конечно, мажор, но не типичный. Умный и жесткий. Обычно он молчит и не очень светится на фоне своего друга Зарецкого. Но, видать, и его можно довести, если очень постараться.

— Молчи! — рявкает он таким тоном, что мы все невольно подпрыгиваем. — Быстро взяла и переложила вещи. Одно слово — и остаешься тут вместе со всем твоим гламуром. И так из-за тебя над нами все лягушки ржать будут.

Авита, обиженно надувшись, начинает перекладывать что-то невыносимо яркое и явно не слишком подходящее для пребывания на природе, из чемодана в рюкзак, с надеждой косясь на своих подружек. Но в данный момент все симпатии на стороне Сергея. Всем хочется уже отправиться в путь.

Рассредоточились по машинам все быстро, благо схему рассадки Игорь составил заранее и ознакомил с нею всех участников похода. Под роспись. Сначала мы все над ним ржали — ведь грузовики — не столы в банкетном зале, но сейчас ему все благодарны за экономию сил и нервов. Тем, кто пытался заявить про то, что «Я там не хочу» или «Я с тем не сяду», или «Можно мне сюда», наш староста молча тыкал в нос бумажкой с автографами передумавших и произносил коронную фразу нашего декана: «Юрист лучше всех знает цену подписи». Возражающих не осталось очень быстро.

Лично мы с Фрэнком были всем довольны. Нам достались места около кабины — тут было посвободнее, и мой лохматый друг мог вполне комфортно устроиться на полу. Рядом со мной расположилась Катерина, а напротив — Пашка с Мишкой. Правда, их за горой багажа было практически не видно. Ехать предстояло около двух часов. Ехали весело — каждый уткнулся в телефон, торопясь оставить в соцсетях первые впечатления о начавшемся мероприятии. Длилось это безобразие полчаса, а потом началась обычная в таких случаях болтовня и перемывание косточек, ведь Авита в этот раз реально была в ударе.

— Инн, как ты допустила это розовое безобразие в машину?! — ржет на весь кузов Антоха.

Его не смущает ни присутствие тут самой Авиты, ни сурово нахмуренные брови Инны, ни кулак Грэга, демонстративно поднесенный к Антохиному носу. Он у нас вообще безбашенный. То ли, потому что папашка у него — какой-то крутой чин в прокуратуре, то ли — характер такой, а скорее всего и то, и другое, но пиетета он не испытывает ни перед кем и открыто ляпает все, что приходит в его блондинистую башку.