Книга Малютка Интрига, страница 62 – Дарья Донцова

– Нормальная внешность, – отметил Володя, глядя на экран, – как у всех.

– «Глаза голубые, волосы светлые, – начал читать Юра, – вес пятьдесят килограммов, рост сто семьдесят. Веселая, хорошо готовлю». Здесь тоже ничего удивительного. «Люблю свою собаку Кузю, тойтерьера». Ага, нашел интересное. «Дефект внешности: нет мизинца на ноге, такой родилась». Но свой аккаунт она закрыла. Или нашла кого-то, или разочаровалась в женихах.

Костин оперся руками о стол.

– При наличии приятной внешности, собственной квартиры, востребованной профессии мастера маникюра-педикюра, отсутствии детей от прежних браков не такая, как у всех, нога может показаться милой. Завтра надо съездить в интернат и выяснить у врача правду про Нифкину. Есть ли у нее дефект ноги?

– Отрезать мизинец легко, – высказался Юра.

– Это как-то слишком, – поежилась я, – нанять некую женщину, лишить ее пальца!

– За хорошие деньги некоторые люди и не на такое согласятся, – не дрогнул Чернов.

Я взяла телефон и позвонила нашему начальнику отдела медицинской экспертизы.

– Слушаю внимательно, – отозвался тот.

– Леша, если человеку отрезали мизинец на ноге, это…

– Неудобно ему будет ходить первое время, потом привыкает, – перебил меня Власов, – на продолжительность жизни не влияет. Спина и шея могут заболеть, если не носить особую стельку.

– Подожди, – остановила я его. – Человек остался без мизинца осенью, сейчас зима. Ты сумеешь определить, палец удалили или его нет с рождения?

Послышалось тихое покашливание.

– Конечно. Сразу видно, что случилось. Это все, что ты хотела узнать?

– Да, спасибо, – поблагодарила я. – Можно тебе фото прислать?

– Свое? – хмыкнул Алексей. – Зачем?

– Ноги без пальца, – уточнила я, – для определения, что с ним.

– С кем? – не понял Власов.

Я постаралась набраться терпения.

– С мизинцем.

– Так его отрезали, – удивился Леша, – значит, нет проблемы. При чем тут нога?

Я посмотрела на Костина, потом на Чернова, который молча давился смехом, и спокойно продолжила:

– Нам надо знать: своей части конечность лишилась прошлой осенью, или она такой родилась, – уточнила я.

– М-м-м, – протянул Леша, – понимаешь, Романова, та часть тела, о которой идет речь, не может появиться на свет самостоятельно. Хотя неверно высказался. Может, и случалось подобное, просто у меня информации по данному поводу нет. Ты сказала, она такой родилась, имея в виду ногу.

Чернов упал головой на стол. Костин начал кашлять.

– Леша, – стараясь сохранять невозмутимость, заговорила я, – нога появилась на свет вместе с человеком. Все как положено. Пришлю завтра снимок. А уж ты определишь, когда нога потеряла мизинец.

– Видишь ли, Евлампия, не сумею провести нужное тебе исследование, – донеслось в ответ.

– Ты же только что сказал, будет видно, что случилось с пальцем, – процитировала я.

– Данное утверждение трудно оспорить, – согласился Алексей.

– Но сейчас изменил свое мнение, – зашипела я, – заявил: «Не могу провести такое исследование».

– Не смогу, – эхом повторил Власов, – и никто не сможет.

Кровь ударила мне в голову, но статус жены Макса обязывает всегда сохранять корректность с сотрудниками детективного бюро. Даже если они ведут себя так, как сейчас Власов. Впрочем, он всегда такой, Леша – уникальный зануда!

Володя выхватил у меня трубку.

– Алексей! Объясни, по какой причине ты не способен дать ответ на вопрос, когда нога потеряла мизинец?