Книга Малютка Интрига, страница 17 – Дарья Донцова

– Ты о чем? – осторожно осведомилась я.

– Завтра в гимназии олимпиада творчества, – ухитрилась еще убыстрить речь Кисуня, – надо представить лично сделанную игрушку!

– Ну и ну! – возмутилась я. – Вас не могли заранее предупредить? И где добыть эту смолу?

– Нам сказали десять дней назад, – зачастила Кисонька, – а я совсем забыла.

– Ты очень хочешь участвовать в состязании? – осведомилась я.

– Вообще никакого желания нет, – всхлипнула моя второклассница.

– Значит, забудь про олимпиаду, – обрадовалась я.

– Нельзя, – простонала Кисуня, – все обязаны притащить поделки! Иначе поставят двойку!

– По какому предмету? – удивилась я.

И услышала в ответ:

– Развитие мозга.

– И что вы там изучаете? – растерялась я.

Только не думайте, что я не в курсе школьных дел Кисы. Но такого занятия в расписании нет.

– Это новый курс! Он начинается с олимпиады. Развитие своего и чужого ума, – отрапортовала девочка. – Создание игрушки – первое испытание, оно покажет степень ума и на сколько процентов работает мозг, плюс сообразительность.

Я молча слушала малышку. В моем детстве у всех школ была единая программа. Когда ученик, поменяв место жительства, переходил в другую школу, никаких сюрпризов его в новом классе не ожидало. Да, следовало найти общий язык с ребятами, понравиться педагогам, и порой это оказывалось непросто. Но если на уроке литературы ты в старой школе начал изучать бессмертное произведение «Евгений Онегин», то можешь не волноваться. Став членом другого коллектива, услышишь от новой учительницы:

– Тема сочинения – «Письмо Татьяны».

А сейчас все иначе. Правда, ситуация в государственных школах мне неизвестна. К сожалению, в тех, что расположены вблизи нашего дома, в классах по сорок пять человек. Поэтому Кису мы с Максом отдали в частное заведение. Но под каждой крышей свои мыши. Да, на одну учительницу в гимназии приходится не более десяти ребят. А вот программа обучения удивляет. Русский и иностранный языки, математика, литература, базовые предметы есть. Но к ним прилагаются другие, которые местное начальство посчитало необходимыми. В прошлом году после новогоднего школьного праздника Киса пришла домой с горящими глазами и сказала:

– Дед Мороз – фродедуля. Страшный такой. Весь черный. Снегурочка тоже дедушка, но она бабушка. Подарки не дали совсем, их отправили, забыла куда… где воды нет.

Я поспешила за градусником, но температура у малышки оказалась нормальной. Желая разобраться, кто такой фродедуля и почему Арине Вульф не выдали мешочек с конфетами, несмотря на то что за небольшой кулек с родителей взяли деньги, которых легко хватило бы на приобретение пары килограммов шоколадок, я пришла в школу. И тут на меня дамокловым мечом рухнула правда.

– Мы хотим воспитать в детях толерантность, – сладким голосом замурлыкала классная руководительница, – у нас Афродедушка Мороз.

Сначала я не поняла, переспросила:

– Кто?

– Афродедушка, – по слогам повторила училка, – студент из Африки.

Только глубочайшим изумлением можно объяснить мое дальнейшее поведение. Я зачем-то решила объяснить директрисе, что Дед Мороз – сказочный персонаж, он ведет свою родословную от бога Перуна, которого еще называли Снежным Дедом. На Руси тогда чернокожие люди были редкостью. Ну никак наш Дедушка Мороз не африканец.