Книга Государыня Криворучка, страница 32 – Дарья Донцова

– Господин Стасов пообещал лично присутствовать при разговоре, – возразила я.

Софья засмеялась и показала на своего супруга:

– Он давно тут, ждет, когда ты наконец приступишь к делу.

На секунду я растерялась, потом обратилась к мужчине:

– Вы Стасов?

– Верная догадка, – кивнул тот.

– Константин? Режиссер?

– Опять в яблочко, – захихикала Софья. – А что не так?

– Господину Стасову за пятьдесят, – пробормотала я, – а вам и сорока не дать.

Звонкий смех пары прервал мою речь.

– Спорт, массаж, любимая работа, молодая жена – и ты всегда юн, – объяснил Константин.

– Что-то здесь не так, – пробормотала я.

– Озвучь свое недоумение и перестань мне «выкать», – попросил Стасов.

– Полина Гонч… – начала я.

Софья прикрыла глаз ладонью.

– Жаль ее! Но неудивительно, что актриса погибла! Она очень нервничала!

– Полина собиралась замуж за Константина, – продолжила я. – Валентина Максимовна…

– Дрянь! Гадость! Сволочь! Врунья! – взорвалась Софья.

Муж обнял жену.

– Тише. Баба просто больна психически, не руководит собой.

Потом Константин посмотрел на меня, и я решила продолжить беседу.

– Валентина Максимовна сообщила, что ее дочь собиралась выйти за вас замуж!

Соня стукнула кулаком по столу.

– Она постоянно говорит, что Костя совратил девочку! Чуть ли не в пять лет!

– Мне нравятся молодые женщины, – улыбнулся Стасов, – но дети и подростки – вне зоны интересов. С Соней начали жить вместе, когда ей исполнилось двадцать.

– Десять лет не оформляли отношения, – прибавила девушка, – расписались одиннадцать месяцев назад. Я художник, работаю с Костей. Ни о нашей связи, ни о браке прилюдно не объявляли. Пышную свадьбу не затевали, в золоченой карете, запряженной белыми лошадьми, не катались.

– О том, что мы семейная пара, мало кто знает, – подхватил Стасов, – пресса не разнюхала.

– Да! Журналюги остались в неведении, потому что брак регистрировался по месту моей прописки, – захихикала Соня. – Поселок городского типа Буканово. Заведующая загса там моя родная мама.

– Мы не ездили туда, просто отправил к Елизавете Ильиничне своего управляющего с нашими паспортами и заполненным заявлением о вступлении в брак. Лиза все тихо оформила, – уточнил Константин.

– Народ считает, что Поля жила с Костей, всем нам это на руку.

– Почему? – не поняла я.

Стасов посмотрел на жену, та кивнула.

– Давай расскажу, как Полина попала на экран, – вздохнул Стасов.

Я стала молча слушать режиссера.

Много лет назад у Сергея, отца Константина, появилась назойливая фанатка. Женщина работала то ли медсестрой, то ли врачом, но мечтала попасть на экран. Несколько лет подряд данная особа пыталась поступить во ВГИК, но каждый раз не проходила творческий конкурс. Ну не имелось у абитуриентки никаких задатков для артистической деятельности. Пело юное существо, как павлин. Танцевала с грацией некстати разбуженного зимой медведя. Добавьте сюда деревенскую походку, излишнюю полноту, щекастое лицо с широким курносым носом, маленькими глазами и ртом, похожим на щель. Редкие волосы тоже не красили особу. Да, встречаются не особо талантливые актрисы, но они обладают красотой. Да, есть звезды экрана, которые дурны внешне, но их харизма и обаяние заставляют забыть о некрасивом лице. У этой же девушки не было даже намека ни на что из перечисленного. Но она обладала ослиным упорством и стала личным несчастьем Сергея Стасова. Женщина поджидала режиссера в подъезде его дома, ловила у проходной «Мосфильма», ухитрялась попадать почти на все мероприятия, куда приглашали мэтра. Оставалось лишь удивляться ее пронырливости и способности пролезать в любые щели. Какую цель преследовала настырная особа? Она хотела стать актрисой, выпрашивала для себя роль. Любую! Пусть самую крохотную. На пути Стасова встречались женщины, которые пытались использовать режиссера как дорогу на экран, но хватало одного серьезного разговора, чтобы они навсегда исчезли из жизни Сергея Константиновича. Одни насмерть обижались на режиссера, который резко объяснял, почему им нельзя даже близко подходить к камере. Другие после отповеди понимали, что им следует выбрать иную стезю. Но эта баба принадлежала к категории людей, о которых русский народ сложил поговорку «плюнь в глаза – скажет, божья роса». Она уходила после очередной взбучки и на следующий день возвращалась. Женщину звали Валентина Гончарова.