Книга Ошибка Девочки-с-пальчик, страница 57 – Дарья Донцова

Евгений сделал очередной глоток коньяка.

– Понимаете?

– Нет, – ответила я.

Евгений засмеялся.

– Ну это же просто. В модельное агентство не каждый родитель девочку отдаст. А на курсы, где научат танцевать и красиво ходить, свое чадо любой мужик запишет. Что плохого-то девочка узнает?

– Ничего, – кивнула Несси.

Евгений обрадовался:

– Точно! У Епифанова сеть курсов. А у Марка только одна своя школа моделей. Там те же предметы, откуда другие взять? Не про физику и химию же девчонкам рассказывать. Фаина это заведение окончила.

Евгений понизил голос.

– Первым школу манекенщиц придумал Лев Хохорев. Вернее, такой бизнес начали в Америке, там еще в начале двадцатого века возникли курсы красоты и конкурсы красавиц. В СССР подобного не было, при коммунистах проводили только профессиональные соревнования: лучшая ткачиха, доярка, учительница, продавщица. Но они в купальниках по сцене не ходили. Оценивалась не внешняя привлекательность, а трудовые навыки. После перестройки Лев Хохорев решил в России применить западный опыт, и понеслось. Никита Епифанов в этом бизнесе появился не вторым и даже не десятым. Он возник не так давно. Денег у мужика много, работоспособность слона, выносливость верблюда, хитрость обезьяны. Не парень, а зоопарк! Денег у Никиты горы. Он подмял под себя мелкие агентства, сейчас на рынке модельном два гиганта – Хохорев и Епифанов. Я работал у Марка. Почему он меня выгнал? И второй интересный вопрос: по какой причине мой бывший босс лютым образом ненавидит Никиту?

– Что-то ты нас увел в леса и на болото, – хмыкнула Агнесса. – Был задан-то простой вопрос: как звали девушку, которая не захотела становиться любовницей Марка? А ты начал рассуждать о курсах!

– Я и отвечаю. Если хотите без подробностей, кратко, тогда так! Фаина Крюкова после окончания курсов Хохорева подала заявку на кастинг, решила стать моделью у Марка. Тот глянул на девчонку и унизил при всех, без обиняков, прилюдно объявил: «С твоим ростом, грудью размером как джип и короткими ногами только уборщицей в офис могу взять».

– Неделикатно, – тихо отметила я.

– Девушка очень расстроилась, – продолжил Евгений, – и отправилась к Никите. Епифанов, в отличие от Хохорева, сначала анкету претендентки тщательно изучил, увидел, кто родители, понял, что большая удача ему улыбнулась. Сразу взял Фаину, а та неожиданно звездой стала. Активная девушка, язык хорошо подвешен, адекватная самооценка, улыбается всем журналистам. Когда Фая впервые перед народом появилась, все фэшн-гуру решили посмеяться, один и тот же вопрос задавали: «Не хотите попробовать детские вещи демонстрировать?» Кто другой мог бы оскорбиться, губы начать кусать – Фаина же с радостной улыбкой отвечала: «Ой, нет! Сейчас многие девочки уже в двенадцать лет намного длиннее, чем я. Они прекрасно покажут коллекции. Я до них ростом не дотягиваю. Но у меня и роль другая».

Евгений усмехнулся:

– Понятно, что следующий вопрос – какая роль. И Крюкова радостно каждому говорила: «Все модели красавицы. В их задачу входит донесение для всех главной мысли создателя одежды, демонстрирование платья так, как оно задумано. Но таких девушек единицы. Основная масса женщин, включая меня, не эталон внешности. Поэтому моя роль самая ответственная. Глядя на меня, простые покупательницы понимают, как на них будут смотреться разные вещи. Мой рост самый обычный, черты лица, фигура – все как у всех, кто ходит по улицам, ездит на метро. Я как все. Обычная. Своя. Желая хорошо одеться, покупатели станут ориентироваться на меня, а не на девушку-красавицу. Я единственная сейчас в мире фэшн! Но нас должно быть много. Мода обязана прийти к простому человеку».