Книга Ошибка Девочки-с-пальчик, страница 53 – Дарья Донцова

– На арфе играла, не на скрипке, – невесть зачем уточнила я.

– Да какая разница, – улыбнулся Жорик, – и там и там за струны дергать. Ох, думаю, пошлет Фроська мою королеву с лестницы пинком – слишком племяшка воспитанная.

Жорик засмеялся.

– Прости уж дурака, Фроська, думал, ты этакая! Цирлих-манирлих! Понервничал, не хотел, чтобы Неське кто моральную оплеуху отвесил. А потом! Гляжу! Дом она купила! Фух! Хорошо все у нас опять! Надо ехать извиняться за то, что я в наш последний поход в оперу беруши воткнул, заснул и захрапел. И еще у Хохорева в гостях чай из блюдечка пил! Блюдечко это было предпоследней каплей. А зажигалкой для фонтана, на котором Неська полетела от меня, – храп под музыку.

– Хохорев! – подпрыгнула я. – Владелец холдинга «Модель города»!

Жорик почесал ухо.

– Это Марк. А я говорю про Левку, папашу его. У нас с ним пара проектов. Марка вообще не уважаю, он слабак! И злопамятный! Прямо крыс! Характер как у соседки из коммуналки. И то ему не так, и это ему поперек! Если кто его обидел, затаится надолго, а потом, спустя не один год, нагадит. Хочет, чтобы только по его желанию получалось все. Левка локти сгрыз, корит себя, что мало сыном занимался, жене поручил парня воспитывать. А Елизавета у него ахохбаба. Понимаете?

– Ахохбаба? – переспросил Макс. – Растение такое? Никогда о нем не слышал.

– Может, баобаб? – предположила из кухни Роза Леопольдовна.

– Нет, – засмеялся Жорик. – Ахохбаба – жена, которая вечно ахает и охает, у нее все через то место идет, на котором сидят! Вечно фигня везде получается! Ноет: «Ах, опять некрасивое пальто себе купила. Ох, супруг мало зарабатывает. Ах, вазочку разбила! Ох, нет у меня ничего хорошего». Тьфу на такую! Неська моя подобным не занимается! У нее все всегда отлично. Если я накосячил, мне говорит: «Помордник тебе за глупость от судьбы прилетел? А ты не дури».

– Помордник, – повторила я. – Красивое слово!

– Ну да, это когда тебе врезали в рыло! – засмеялся Жора. – Накосячил? Получи по морде. А Лизка, жена Левы, ладонями глаза закрывала, рыдала: «Надо Марка наказать, а жалко его». Неська ей один раз посоветовала: «Ты сыну ремня выдай и плачь при этом». Елизавета чуть в обморок не упала. И чего? Выросла из парня незабудка горемычная. А ведь у него хороший потенциал был. Давно, когда Марк еще в школе учился, Левка свинкой заболел. Мы парня к себе забрали, потому что Лизка так испугалась за Левку, что уехала в санаторий нервы лечить! А мы ничего не боимся, тьфу на его свинку.

Жора усмехнулся.

– Марк у нас решил себя как дома вести. Сел за стол, давай нудеть: «Омлет не ем, сыр хочу только французский и лишь определенного сорта…» Гляжу – у Неськи молнии из глаз посыпались. Я быстро парню говорю: «Знаком с грузином, который у нормальных людей дома живет?» Марк удивился: «У нас таких нет». «У вас нет, а у нас есть! – заорала Неська. – Кличут его Жричодали!» И как треснет десятиклассника по затылку! Я школьнику шепчу: «Не спорь с крестной! Она тебя уроет, закопает, никто холмик не найдет». И что? Как миленький начал есть без капризов, молча. Вставал, спасибо говорил, стул задвигал.

– Жора, – остановила я гостя, – вы, наверное, знаете окружение Хохорева-младшего. Можете подсказать, с кем он дружит? Кто может знать, что Марк задумал сделать и почему? Есть ли у него настолько близкий человек?