Онлайн книга «Чудо-юдо на охоте»
|
Красный свет сменился ярко-фиолетовым, ступеньки стали оранжевыми. Мыши и коты ринулись в сад, за ними побежал Сократ… В ту же секунду заверещал то ли женский, то ли мужской голос: «И тогда наверняка лопнут в небе облака!» Бенгал замер. «И кузнечика переедет электричка!» – зарычал теперь бас. Сократ, похоже, понял, что его нахождение на лестнице спровоцировало немелодичный вопль, и совершил прыжок прямо от двери. Хотел приземлиться на траву, но неправильно рассчитал траекторию и шлепнулся прямо на Мусю, которая, сопя, уже сползала вниз. Бенгал свалился на мопсиху, как яблоко на голову Ньютону, но новое научное открытие не состоялось. Мусенька с перепугу бросилась в заросли цветов, которые старательно посадила Сюзанна. Фира плюхнулась на брюхо, вытянула передние лапы, проделала то же самое с задними, съехала на животе в сад, отползла в траву и притворилась мертвой. Фируся считает, что в любой непонятной, пугающей ситуации необходимо изобразить из себя неживую псину. Ну кому нужна такая собака? Какой от нее прок? Только расходы на похороны! «С голубого ручейка пересохнет вся река! – завизжал теперь дискант. – И фигня опять начнется по привычке!» Роза Леопольдовна и Сюзанна замерли с полуоткрытыми ртами. Я вросла ногами в дорожку у дома, гастарбайтеры втянули головы в плечи. Матвей закрыл лицо ладонью, плечи у него тряслись, прораб то ли плакал, то ли рыдал от смеха. А вокальная группа старалась изо всех сил: «И тогда наверняка перекосит облака, и кузнечик забабахает на бубне! С небольшого городка к вам прикатит вся родня! Ну а деньги не приходят никогда!» Один гастарбайтер шмыгнул носом. – Деньги, деньги, где они? – опечалился второй. – Хорош песнь! Правдивый! Македонский вздохнул, встал, медленно спустился в сад, подошел к кусту, внутрь которого залезли мыши, лег на живот. Неожиданно стало тихо. – Музык сломался, – расстроился первый гастарбайтер. – Мудрый слова! Деньги не всегда! Слезы из глазьев текут от правды. Я стояла, наслаждаясь тишиной. Из зарослей растений выполз Геракл, за ним двигались его подчиненные. – Мяу-у-у, – протянул Маки. Грызуны, хватаясь лапками за шерсть то ли британца, то ли мейн-куна, влезли к нему на спину. Меня не удивляет дружба кота с мышами, они живут в одном доме. Но каким образом у них возникло взаимопонимание? Похоже, Геракл и компания освоили кошачий язык, а Македонский выучил наречие грызунов. Кот сделал пару шагов по направлению к ступенькам, семья мышей вцепилась в его шерсть… И тут Геракл запищал. Маки замер, повернул голову и коротко произнес: «Мрр!» Мопсиха Фира вскочила, кинулась к кусту, от которого отошел котище, нырнула в него и почти сразу вышла, неся в зубах большой мешок грязно-зеленого оттенка. Я прищурилась. Что это? Вроде знакомо выглядит. – Мяу, – сообщил Маки и решительно пошагал по ступенькам. «У моря, у синего моря, свекровь, е-мое, со мной! – заверещало теперь колоратурное сопрано. – И солнце светит для нее одной – бабы, мне не родной…» Кот медленно поднимался, мыши смирно сидели на его спине. Сзади брела Фира с мешком в зубах. – Первая песня не понравилась, а вторая очень жизненная, – сказала Сюзанна. «И чайки кричат над волнами, – заливалось сопрано, – кричат, что рядом будем мы всегда – свекровь и я…» – Жуть! – подпрыгнула Архипова. – Так красиво начиналось, и мрак потом! Все впечатление испортили. Всегда находиться около свекрови?! Господи, как невестку-то жаль! |