Книга Чудо-юдо на охоте, страница 30 – Дарья Донцова

– Если речь идет об интимных отношениях вашей подруги с Виктором и о вашей пока платонической дружбе с Павлом, то об этом мы знаем. Вы обманули мужчин, назвались студентками. Не знаю, существует ли на свете представитель сильного пола, который, собираясь уложить молодую красавицу в свою постель, захочет заглянуть в ее паспорт. Однако сейчас это действие может спасти от очень больших проблем. В наше время необходима осторожность. Порой девятиклассницы выглядят лет на двадцать пять.

– Ой! – прошептала Нина. – Мы не хотели никого обманывать. Честное слово! Само как-то получилось. Мирка познакомилась с Витей, он ей очень понравился, ну и прикинулась взрослой. Потом они друг друга полюбили. Мируська испугалась, подумала, что если правду про свой возраст скажет, Баранов испугается и уйдет. А у нас с Пашей просто дружба. Сначала хорошо общались, потом он мне постоянно замечания начал делать – не так сижу, не то говорю. Захейтил. Недавно сказала Юдину: «Раз я плохая подруга, ищи себе хорошую», – и ушла. Так он меня догнал, как схватил за руку, как дернул! Чуть не упала. Вывернулась, убежала, решила, что больше никогда-никогда с ним встречаться не буду.

– И правильно, – одобрила я. – Если мужчина один раз вас обидел, уходите от него как можно быстрее и как можно дальше… Может, знаете, кто испортил настроение Мире так, что она заболела?

– В школе у нее нет проблем, – начала размышлять вслух Нина, – Шубина – круглая отличница… Вот дома у нее…

Девочка замолчала.

– Отец и мать ругают дочь? – предположила я.

– Папаша у нее нормальный, но мать! Вот она подлая!

– Почему у вас такое резко отрицательное мнение об Анастасии? – тут же осведомилась я.

– Она психопатка, – тихо уточнила Нина. – Редкая злыдень. Неадекват полный!

– Приведите пример, – попросила я.

– Впервые поняла, что Настя кринжовая^[4], когда мы в первый класс пошли, – затараторила Нина. – Нам начали звездочки рисовать, за хороший ответ по одной штуке!

Глаголева рассмеялась.

– Однако даже тот, кто неправильно отвечал, тоже ее получал. Один раз пришла к Мирке, позвала играть. Вошла в дом, а мать ее на меня напала: «Уходи отсюда! Она наказана – получила «кол» по арифметике!» Мы тогда только первую неделю отучились. Я не поняла, что такое «кол», так и сказала. Настя завопила: «Одну звезду принесла! Стыд, позор! До Нового года будет дома сидеть! Арифметику зубрить!» И тут Мирка в холл вышла, вся в слезах. Я Анастасии пытаюсь объяснить, что всем по единственной звездочке рисуют. Нет! Ничего не слышит! Ремень откуда-то в руках у тетки оказался. Как ударит Миру! Раз, другой, третий! А подруга молчит, только трясется. Я к своей маме бегом: «Тетя Настя Миру за одну звездочку убивает!» Мамуля помчалась к Шубиным. Не знаю, что она психопатке сказала, но та орать и колотить дочь перестала. Но придирается постоянно к ней до сих пор, вечно недовольна.

– Борис Николаевич, отец Миры, говорил, что у матери с дочкой хорошие отношения, – пробормотала я.

– Так он правду не знает, – смеялась Нина. – Они с женой часто по разным городам ездят. Мирка дома остается. А когда гастролей нет, Борис Николаевич уезжает рано утром, возвращается почти ночью. А при муже Настя – лапочка-лапочка. Моя мама называет ее «Цыганка-проказа, берегись ее сглаза».