Книга Кружок экстремального вязания, страница 86 – Дарья Донцова

Коравалли, который опять здорово струхнул, потряс головой.

– Когда ты все успела?

– Не важно, – отмахнулась Надежда. – Есть связи. Поживешь пока в Америке. В конце концов, богатый Буратино успокоится или умрет – он пожилой совсем. Вот визитка. Этот человек тебя в США ждет, даст работу и жилье. Все будет хорошо. Деньги у тебя на карте… Не спорь! Речь идет о жизни и смерти! Я выкручусь… Как думаешь, за сколько можно продать подделку Леонардо?

– За несколько миллионов долларов, – задумчиво произнес муж. – Но есть нюанс – у нас нет документов о приобретении чертежей. А первое, что спросят на аукционе: «Откуда у вас это?»

– Досталось от прабабушки, а где она взяла, не знаю, – придумала Надя.

– Сработает, но опустит цену. И сейчас не лучший момент – недавно только прошли продажи дорогих фейков, а покупают их одни и те же коллекционеры. Надо придержать тубус и выбросить через несколько лет.

– Но не в квартире же его держать… – пробормотала Надя.

– Знаю, где спрятать его! – осенило Марка, и он схватил телефон.

Спешно вызванные в дом Глазова прораб и отделочники сделали в стене нишу, поставили в нее сейф. Работу проделали за несколько часов. Когда несгораемый шкаф занял свое место, Марк положил в него тубус, а парни потом закрыли заднюю стену деревянной панелью.

– Никому в голову не взбредет, что там захоронка, – заметил Илья Нечаев, беря у Коравалли пачку купюр.

– Вы все исчезнете, – напомнил им мужчина, – деньги станете получать по почте. Номер отделения и абонентской ячейки придут на новые телефонные номера. Не используйте их для разговоров. Помните о своем обещании не общаться с родными в течение пяти лет.

– Да я свою жену ваще никогда больше видеть не хочу! – рассмеялся Илья. – Надоела мне баба! Свалю из Москвы, не нужна мне столица!

– Точняк, – согласился Рамин.

А Харитонов молча кивнул. Похоже, его не очень радовало расставание с женой Риммой, но куда деваться.

Марк сел в самолет и отправился в Нью-Йорк. Жена, как всегда, все прекрасно устроила. Мужчину встретили с распростертыми объятиями, жить он стал по паспорту, который ему выдала супруга в день вылета.

Первый год в США оказался не таким тяжелым, как для большинства переселенцев. У него были квартира, работа. Марка устроили в учебное заведение, через год он по ускоренной программе получил нужное образование, начал работать в маленькой частной галерее, занимаясь экспертизой, и быстро завоевал уважение, к нему пришли деньги. Удивительно, но, лишившись заботливой Нади, Марк, который в Москве не мог даже чаю себе заварить, не имел понятия, как включается стиральная машина и каким образом платить за квартиру, абсолютно не приспособленный к жизни нежный цветок, за короткое время научился сам решать проблемы. Но беглец получал сообщения от Серафимы Сухумской, та писала: «Все ок». Марк отправлял ей тот же текст.

Летело время, шли годы, мужчина уже давно мог вернуться в Москву, но его совершенно туда не тянуло. Его домом стала Америка. Здесь у эксперта были хороший коттедж, прекрасная репутация, нормальные заработки. Жениться и заводить детей он не собирался, но вниманием прекрасных дам не был обделен. Марк намеренно не стал вливаться в среду эмигрантов из России. Серафима Сухумская начала чаще присылать ему сообщения, приглашала поговорить в «Зуме». Коравалли вежливо беседовал, улыбался, но на этом все. Москва изменилась, но Марка мало волновало, как теперь живет город, в котором он родился, вырос, женился и был счастлив.