Книга Кружок экстремального вязания, страница 44 – Дарья Донцова

– У меня свой автомобиль, – вздернула подбородок Кораблева.

– Супер, – потер руки супруг Гортензии, – сэкономлю на бензине. Погоди убегать, очень интересный разговор есть.

Анна прищурилась.

– Ну ладно. Только загляну в тихий уголок.

– Куда? – заморгал Жора.

Кораблева закатила глаза и ушла. Супруг Гортензии посмотрел на меня и спросил:

– В тихий уголок? Что она имела в виду?

– Пописать захотела, – объяснила я.

– И почему прямо не сказать? – вздохнул Жорик. – Ой, бабы, вечно вам выпендриться надо! Вот поэтому я Горти с каждым годом все больше люблю. Она никогда фигню про тихий уголок не произнесет, нормально объявит: «В сортир пошла!»

– Кто такой Хряк? – остановила я бизнесмена. – Ты обещал рассказать.

– Удачливый жучара, – хмыкнул муж Горти. – Служил всем – и «Алексеевским», и «Федькинцам», и кому угодно, кто заплатит. Ни разу не попался, нравился даже ментам, сигареты американские им дарил, виски. Лет десять ничего о нем не слышал. Раньше он со многими дружил, по тусовкам ходил, полно у него знакомых и в шоу-бизнесе, и среди солидных людей было. Всем угодить мог. Веселый, не сплетник. Обаяшка такой! Анекдотами сыпал, бабам ручки целовал. Очень хитрый, улыбочка до ушей, глаза цепкие, колючие. Любую проблему решить мог – понятно, что заплатить ему надо было. Я к Хряку никогда не обращался, но знаю тех, для кого он ого-го сколько сделал. Тебе о таком думать не следует, а то кошмар ночью приснится. Гадюка в сиропе он. Но крови на нем нет, сам ни-ни. Отдавал людей профессионалам, а те убирали заказанного тихо, да так, что до сих пор неизвестно, где кости зарыты. Держись от мужика подальше. Внешность обманчива. Вроде он лапоть, ан нет!

– Как же его зовут?.. – вслух задалась я вопросом.

Жора пожал плечами.

– Хряк!

– А по паспорту?

– Документ не видел, все кличкой пользуются… О! Явилась посетительница тихого уголка!

– Где ты прочитала или услышала про кружок экстремального вязания? – осведомился Жора, когда Анна села в кресло.

Кораблева демонстративно закатила глаза.

– Не следует думать, что беседуете с глупой бабой, у которой нет образования. У меня диплом кандидата психорекламных наук, обучалась целый год в академии пиара и маркетинга. Отлично знаю, что чем удивительнее и непонятнее название, тем оно интереснее для простого народа, лучше запоминается, вызывает желание спросить, что это.

– Выражение «экстремальное вязание» нечасто услышишь, – заметила я.

– Верно, – согласился Костин, который пришел некоторое время назад и до сих пор молча наблюдал за происходящим. – Странное названьице для благотворительного проекта.

– Что вы привязались?! Я сама его придумала! – разозлилась Анна. – Капитолина сказала, что особняк принадлежит ей. Макс Вульф, ее старший брат, готов спонсировать наш проект с условием, что сестра будет его лицом. Общение с прессой, посещение разных мероприятий и благотворительных светских приемов – все это поручено Капитолине. Мы вместе с ней будем везде ходить. Это обычная милосердная работа. Всякие съемки на телевидении, интервью на радио, в интернете. Надо уметь подать себя как лицо добрых дел.

– Лицо добрых дел, – хмыкнул Жорик. – Красиво, но почему, е‐мое, вязание? «Поможем котятам Антарктиды», «Построим больницу для несчастных алкоголиков в пустыне Каракумы» – массу всего можно придумать! К какому селу и городу вязание?