Книга Девочка Красная Тапочка, страница 49 – Дарья Донцова

Нина встала и включила чайник, который стоял на тумбочке.

– Сейчас существуют медицинские консьержи. К ним обращаются больные с просьбой подсказать нужного врача, договориться о приеме или госпитализации. Стоит такая услуга недешево. И как правило, доктору потом тоже надо конвертик вручить. Вот Йося и стал при советской власти таким консьержем. Он занимался не только подбором суррогатной матери, но и отправлял обеспеченных людей в разные медучреждения, организовывал размещение больного в отдельной палате. К сожалению, даже после постановки онкологического диагноза человеку часто приходится ждать, пока освободится койка. Йося же устраивал госпитализацию мгновенно. Наверное, понятно, что все его услуги были платными, совсем не дешевыми. Личного благополучия Ганзуэман не демонстрировал, одевался скромно, числился на работе в библиотеке, тихо жил с женой Викторией. Та родилась в творческой семье, даже в слишком творческой. Отец ее был писателем, мать балериной, бабушка художницей, преподавателем рисунка. Один дедушка выпадал из общей картины, он был просто генерал. Если у кого-то вдруг и возникал вопрос: «Откуда у скромного библиотекаря роскошная квартира, личная машина, дача?», то ответ возникал сразу. Апартаменты и загородная недвижимость – это подарки отца. А машина… Виктория же единственная дочь писателя и танцовщицы. Обеспеченные родители для любимой девочки ничего не жалеют. Понимаешь? Скажи, гениально? – Последний вопрос адресовался мне.

– В советской стране был на все дефицит, – напомнила я, – не хватало на всех деликатесных продуктов, импортной одежды, интересных книг, билетов на спектакли, концерты. Самый популярный вопрос моего детства: где вы это достали? Не купили, а именно «достали». Поэтому очень ценились полезные связи, и, вы правы, если человек хотел лечиться у хорошего врача, да еще лежать в приличных условиях, вот тут расстегивай кошелек. А в случае суррогатного материнства, наверное, надо было оплатить секретность происходящего и содержать беременную.

– Точно, – согласилась Нина. – Но мой вопрос и слово «гениально» относились к семье Виктории. Мой муж тщательно следил за безопасностью родственников. Он-то прекрасно знал, что излюбленный метод вражеских разведок давить на того, кого решили завербовать, – это использовать родных объекта. У одного директора крупного НИИ, который работал на оборону, заболела любимая внучка, такой недуг в СССР тогда не лечили. Ученому оставалось лишь смотреть, как умирает ребенок. Потом он встретил одного иностранца, тот предложил лечение в обмен на предоставление закрытой информации. Директор согласился, решил подыграть чужой разведке, но тут же обратился к моему мужу. И выяснилось, что у девочки нет никакого заболевания, ее отравили, чтобы внушить деду, что малышка умирает, но есть путь спасения. Крошку вылечили. Понимаете, на что порой идут спецслужбы? Поэтому мой супруг всегда проверял тех, кто оказывался рядом со мной, Иосифа тоже.

Белова засмеялась.

– Виктория действительно приехала в Москву из Пермской области, из деревни. Название села я забыла. Глухое место. Родители у нее умерли, отец был охотником, мать работала на ферме. О вступительных экзаменах девушка не думала, у нее образования было то ли четыре, то ли пять классов. В столицу она подалась к тетке, а та племянницу отказалась пригреть. Вика устроилась на фабрику уборщицей. Где она познакомилась с Иосифом, неизвестно. Но он женился на провинциалке и придумал легенду о ее родителях. Интернета, соцсетей не было. Простому человеку узнать правду о Виктории невозможно. Муж долго смеялся, когда выяснилось, что дочь писателя и балерины, внучка генерала, приехала в столицу из медвежьего угла и с тряпкой по заводу бегала. Почему Йося сидел у нас в библиотеке? Он устроился на работу почти одновременно с Лилей. Заведующей здесь тогда была Алевтина Самоедова. Сердитая очень, никогда не улыбалась. И вдруг! Торт принесла, позвала всех чай пить, попросила: «Девочки, пожелайте от всей души здоровья моему внуку, вчера, наконец, родился. Не один год ждали, а все никак». И с той поры прямо расцвела Алевтина, подобрела, смеется, шутит, а Йося у нее ходит в любимчиках. Он на работу приходил когда хотел, убегал в любое время. Мог неделю не показываться. Думаю, внук у Алевтины с помощью Ганзуэмана на свет появился. Когда Самоедова умерла, на трон Лилю посадили. Та, наверное, год ничего не меняла, все у нас шло как раньше. Иосиф по своему графику жил, как при прежней библиотечной власти. А потом новая царица гайки закрутила. Выставила за дверь всех, кто с ней даже по пустякам спорил. Утром у двери с часами устраивалась. Опоздал на минуту? Одно предупреждение. Ушла на секунду раньше восьми вечера? Второй минус. Чай пила на рабочем месте? Третий косяк – пошла вон. Воспользовалась тем, что все служебные инструкции выполнять невозможно, и почистила коллектив. Набрала тех, кто ей в рот смотрел. Иосифу она улыбалась, а он работал как раньше. Почему? Он Лиле продуктовые заказы, импортную одежду, косметику, билеты в театр приносил. Меня одну только она тронуть до сих пор боится, знает, что братья Беловой, несмотря на возраст, ого-го на каких должностях, поэтому я у нее числюсь в подругах. И очень Лиля любит, когда о ней кто-то в интернете упоминает. Визит корреспондента ей просто маслом по сердцу.