Онлайн книга «Зеркало Архимеда»
|
— Может быть, но сейчас здесь не осталось ни одного фиолетового стекла. Где мы его возьмем? — Есть у меня идея… ведь все цвета делятся на основные, или первичные, и вторичные. Основные — это те цвета, которые нельзя получить смешиванием других цветов. Первичные цвета — это красный, синий и желтый. Вторичные цвета — это те, которые образуются при смешивании двух основных цветов. К вторичным цветам относятся оранжевый, зеленый и фиолетовый… — Да, — вклинилась Лена, — я помню, что зеленый цвет можно получить, смешав синий с желтым… — Совершенно верно! А оранжевый — это красный с желтым… — А фиолетовый? — Фиолетовый — это синий с красным. Геннадий подошел к окну, осмотрел сохранившиеся цветные стекла и нашел одно красное стекло, державшееся всего на двух гвоздиках. Он осторожно вынул его, постаравшись не повредить, и приложил его к синему стеклу. Свет, проникающий через двойное стекло, приобрел удивительно красивый фиолетовый оттенок. — Ну вот, такой цвет я помню… Лена снова передвинула записную книжку и зеркало. Фиолетовый свет упал на следующую страницу. — Правда, сработало! — оживилась Лена. — Но только странно… здесь не буквы и не слова… Геннадий заглянул через Ленино плечо. — Что это? — Вообще-то это нотная запись. — Вот уж в чем я совсем не разбираюсь! — признался Геннадий. — А Иван Казимирович действительно умел играть на фортепьяно и знал нотную грамоту. Но вот что он хотел сказать, записав эти ноты? — Не знаю… — Лена пожала плечами. — Единственное, что могу предложить — могу сыграть эти ноты. Наверху ведь есть пианино, и оно, как ни странно, не расстроено. — А вы умеете играть? — с уважением проговорил Геннадий. — Немножко. Я училась в музыкальной школе, правда, всего один год, потом мы уехали… Лена сфотографировала ноты из записной книжки на телефон, и они поднялись на второй этаж. Лена пробежала пальцами по клавиатуре и затем сыграла фрагмент мелодии. — «Отцвели уж давно хризантемы в саду»[2]… — пропел Геннадий, немного фальшивя. — Что? Какие хризантемы? — спросила Лена. — Ну эта мелодия, которую вы сыграли — это старинный романс. В нем такие слова, про хризантемы. — Надо же! Никогда не слышала… вы говорите, хризантемы? Лена на что-то пристально смотрела. Геннадий проследил за ее взглядом и увидел в дальнем углу комнаты старое громоздкое кресло, обитое гобеленовой тканью. Обивка была старая, выцветшая и потертая, из нее торчали нитки, но еще можно было разглядеть украшающие ее вышитые хризантемы. — Иван Казимирович явно указывает нам на это кресло! — проговорил Геннадий. Он подошел к креслу, осмотрел его, затем перевернул вверх ножками. Снизу сиденье было обшито потертой холстиной, с одного угла ткань была немного подпорота и топорщилась. Геннадий прощупал сиденье. Под обивкой был какой-то твердый прямоугольный предмет. Он нашел ножницы, распорол обивку и запустил под нее руку. И вытащил оттуда небольшую книжку в мягком переплете. — «Белый Бим черное ухо», — прочитала Лена название на обложке. — Что это такое? — Ну надо же, ты не знаешь… вот что значит — другое поколение… как все меняется! А это ведь когда-то была очень популярная книга. Такая трогательная… — И зачем дед ее сюда спрятал? Что он нам хотел этим сказать? Геннадий молчал, раздумывая. — А ведь он что-то явно хотел этим сказать, иначе не стал бы прятать эту книгу… |