Онлайн книга «Зеркало Архимеда»
|
— Надо же, как вы заговорили, Геннадий! Вы и правда очень изменились… но насчет права — как раз я имею полное право здесь находиться, вы ведь не забыли, что это — дом профессора Согурского, не чужого мне человека… — Ну да, я знаю, что вы — его сын, но знаю также, что у вас были с отцом плохие отношения! Поэтому профессор оставил этот дом не вам, а своей внучке… Психиатр побагровел и крикнул: — С этой девчонкой я как-нибудь сам разберусь! А вот вы здесь по какому праву находитесь? Геннадий ничего не успел ответить. Анатолий Иванович взял себя в руки, понизил голос и заговорил мягким, убедительным, завораживающим голосом: — Геннадий, нам с вами незачем ссориться. Мы с вами всегда находили общий язык… С этими словами он достал из кармана ручку в блестящем золотистом корпусе и начал как бы машинально поворачивать ее. Отраженный от блестящего колпачка блик невольно притянул взгляд Геннадия. Геннадий следил за золотистым бликом, и этот блик, это ритмичное мерцание постепенно завладевало его волей… Геннадий хотел было возразить врачу, сказать, что не было у них общего языка, что Анатолий Иванович обращался с ним как с подопытным кроликом… но язык его плохо ворочался, готовые вырваться слова застревали в гортани, и сами мысли стали вялыми и тягучими, как густая патока… — Мы всегда находили общий язык — и сейчас найдем, — говорил врач мягким, убедительным голосом. — Вы расскажете мне все, что знаете об этом доме… мне вы можете доверять… В душе у Геннадия шевельнулся протест. Он знал, что как раз доверять этому человеку нельзя ни в коем случае. Это недоверие придало ему новые силы для сопротивления, для борьбы с этим завораживающим, обволакивающим голосом… Главное — не поддаваться, не доверять ему! Что же делать? Нужно сделать вид, что он полностью подчинился воле психиатра… тем более что это недалеко от правды. Вялым, невыразительным, полусонным голосом он проговорил: — Да… я могу вам доверять… — Очень хорошо! Анатолий Иванович шагнул вперед. Взгляд его стал цепким и внимательным, как у ястреба, обнаружившего внизу, на земле растерявшегося цыпленка. — Очень хорошо! — повторил он. — Вы ведь были близки с моим отцом? С профессором Согурским? — Да, — подтвердил Геннадий прежним полусонным голосом. — Я был его любимым учеником. — Значит, у него не было от вас секретов? Он с вами всем делился? Все вам рассказывал? Геннадий понял: вот оно! Психиатр подходит к тому, что его действительно интересует! К тому, ради чего он пришел в этот дом! Психиатр еще немножко повертел свою ручку, закрепляя гипнотическую власть над Геннадием, и наконец произнес то, что его на самом деле волновало: — Как-то незадолго до смерти Согурский сказал, что здесь, в этом доме, спрятано какое-то бесценное сокровище. Вы что-то знаете об этом? Он не говорил с вами на эту тему? Геннадий медлил. Как шахматист, он обдумывал свой следующий ход. Что сказать психиатру, чтобы пустить его по ложному следу? Лена очень удачно успела на автобус, который шел до Прохорова, и народу было немного. Рядом с ней никто не сел, так что некого было спросить, где выходить. Но она и так помнила, что выходить нужно в деревне под названием Зайцево. А оттуда идти по узкой тропиночке через поле минут двадцать или больше, и тогда будет нужное ей село Лисицыно. А там уж пройти всю деревню до старого, стоящего на отшибе дома, что находится на улице Полевой, да там все прямо и прямо, и дом издалека виден. |