Книга Феи Гант-Дорвенского леса, страница 170 – Марина Беляева

— Эй, дрянь мелкая, подставь сюда свой вонючий короб, и я брошу туда свои ножи! — прикрикнула сестрица Солнышко. Ох, вот сейчас их точно заметят!..

— Не хочу, — противно захныкала Золушка, и Тилли с Кейтилин впервые за всё знакомство были ей благодарны за её капризы. — Не буду нести ножи, они тяжёлые…

— А такой большой короб для человека берёшь — он, по-твоему, не тяжёлый? — ехидно заметила одна из сестёр канючащей Золушки.

— А человек — не тяжелый! Я его сразу съем, и в животе пронесу до дома!

— Да что б тебя через колено да об косяк, тупая ты шваль, — выругалась сестрица Солнышко, но ножи в короб дочери кидать не стала.

И вот, кажется, все собрались. Короб колыхался при ходьбе, и подругам приходилось прикладывать немаленькие усилия, чтобы их не стошнило. В комнате стало значительно жарче — это Огонёк переполз из печки обратно в горшок к Беляночке и Розаночке.

— Ну что же, — угрожающе протрещал он. — Я буду идти рядом с тобой, маленький ублюдок, на тот случай, если вдруг ты решишься обмануть меня и этих славных женщин.

— Да что ж ты, братец Огонёк, — заскулил Имбирь, которого, по всей видимости, поставили на пол. — Я ж так видеть ничего не буду, ты яркий такой. К тому же ты меня враз заколдуешь, если почувствуешь ложь, так что кой толк мне пытаться убегать?

— А ну иди уже вперёд, льстивая собака, — сердито прикрикнула сестрица Солнышко. Раздались быстрые маленькие шажки Имбиря, и вся процессия двинулась вслед за ними. Девочек било носами об вонючую и грязную спину Золушки, им было душно и дурно, а ещё — абсолютно непонятно, что делать дальше, когда раскроется обман Имбиря.

Или… что этот хитрец вообще задумал?

* * *

На свежем воздухе, впрочем, стало чуть-чуть полегче. Он немного проникал сквозь плотную вязь короба и делал положение девочек не таким тяжелым. Они вскоре привыкли и к качке, и к отвратительному запаху, и духоте, и теперь просто сидели и ждали, чем же всё закончится. Кейтилин размышляла над тем, как бы им выбраться незамеченными, Тилли же пыталась разгадать план Имбиря — если у него он, конечно, был. Зная, какой этот придурок глупый, он бы мог просто так гвитлеонов со спригганами повести, не представляя, что будет делать дальше.

«Тогда его убьют, — мрачно думала она. — На месте раздавят, за обман».

Ей, как и Кейтилин, безумно хотелось чем-нибудь помочь их другу, но, как и Кейтилин, она совершенно не представляла, чем. Вылезать сейчас было бы сущим безумием, но ведь другого способа отвлечь чудовищ от расправы могло и не представиться. Они буквально заточены в этом коробе как еда в банке!

Проклятье, что же им делать-то, если вдруг произойдёт беда? Неужели им остается только лишь ждать, пока вдруг не случится какого-нибудь чуда?

Похоже на то.

Поход оказался длительным и слегка изнуряющим. За всё это время Золушка не раз хныкала о том, как ей тяжело, грустно, как у неё болят разные части тела — и неужели никакая зараза не хочет взять её на ручки и понести дальше? На это она получала сердитые односложные ответы от матери, подзатыльники и крепкие удары по голове, после которых она ещё громче хныкала. Это несколько раздражало, и в конце концов даже у девочек в коробе начинала болеть голова от её противного неестественного голоса.

— Когда, когда мы уже придём?! — хныкала она. — Я устала, я уже есть хочу!