Книга 13 мертвецов, страница 100 – Майк Гелприн, Александр Матюхин, Алексей Шолохов, и др.

– Ты в это веришь? – спросил Мерфи. Индианка достойно выдержала взор убийцы, чем вызвала у Пирса симпатию.

«Не такая она и замухрышка, как мне показалось сперва».

Малка промолчала, но это было молчание-утверждение.

– Веришь, – сказал Мерфи, – и все равно поплелась за нами?

– От судьбы не уйти, – рассудительно сказала Малка. – Так ведь вы, белые, говорите?

Дверь открылась, в гостиную вошел Дефт, за ним влилась волна холода, прокрались тени.

– Полнолуние, – сказал старик, приплясывая от мороза. – Луна не идет на убыль, хотя должна.

Лица мужчин вытянулись. Мердок и Круз пошли к окнам, чтобы убедиться, что старик не бредит. Пирс прикусил губу. Дефт был прав. И как он сам не сообразил? Над крышами поселка должен был висеть убывающий месяц, а не голый круглый череп ночного светила!

– Эль диабло… – процедил Круз.

И лишь Пирс заметил ухмылку на губах Абрахама Мерфи, заманившего их всех в Ад.

Соломону Пирсу приснился каньон. Чаша, полная зноем и стервятниками. Грифы парили в голубом небе, где солнце расплылось, как яичный желток. Гранитные глыбы нагревались под его лучами. Грифы окружали прислонившегося к булыжнику Пирса. Крылья шелестели по камням. Ближе и ближе подходили падальщики.

Пирс задрал голову. Прямо над ним, на булыжнике, восседала его бабка. Обнаженная, рябая, злорадно усмехающаяся.

– Больно тебе, отродье?

Лицо бабушки вытянулось, превратившись в птичий клюв, а растопыренные пальцы рук и ног стали папиросами с тлеющими кончиками.

Старуха захохотала.

Пирс проснулся на втором этаже скрипучего дома, откинул плед и глубоко вдохнул затхлый воздух. Хохот ведьмы стоял в ушах. Пирс вылез из спального мешка и прошел к окну. Неправильная луна заливала светом форт. Лошади фыркали в стойле. И что-то бесформенное сидело на крепостной стене у южной башенки. Как исполинская ворона. Как мертвая старуха из снов.

Пирс поморгал и снова посмотрел в окно. Никого там нет, кроме теней, кроме луны.

Утром недосчитались двоих. Родс и Круз пропали, а с ними пропали две лошади из конюшни.

– Чертовы трусы, – процедил Мерфи. – Им место в воловьем караване!

– По-твоему, они… – Эллисон осекся. Мерфи зыркнул на подельника, как на законченного идиота.

– Конечно, сбежали! Или ты думаешь, их слопали крысы?

Пирс, прищурившись, смотрел в камин. Из угла, скрестив на груди руки, наблюдала Малка.

Мерфи отхлебнул горький чай.

– Они говорили, что хотят уйти. Дрожали, как линейные шлюхи. Навалили в штаны, увидев луну. Желтопузый втемяшил себе, что тут обитают призраки. – Мерфи хохотнул, но никто больше не разделил его презрительную веселость.

Пирс и Эллисон переглянулись. Разжалованный лейтенант открыл рот, но его перебил Мердок:

– Я видел, как Родс и Круз уезжают. Кричал вслед, но они и слушать не желали. Пожиратель бобов и алкоголик.

– К слову, – подал голос Пирс. – Зачем ты взял нас с собой, Абрахам? Почему не забрать себе все серебро?

Мерфи поперхнулся чаем от удивления.

– Ты совсем отупел в конторе шерифа, Гроб? А махать кайлом я буду один?

– Эти доски можно крошить пальцами. – Пирс топнул ногой, и половица сломалась.

– Я не Круз, – сказал Мерфи, отставляя чашку. – Но и мне было бы тошно в этом чертовом поселке без вас, ребята. – Мерфи подмигнул приунывшему Эллисону. – А теперь за дело!

При свете дня Лост-Лимит не стал ни уютнее, ни гостеприимнее. Солнце едва проклевывалось сквозь хмарь. Желтоватые испарения клубились внутри крепостного двора, образовывая фантомные петли и узлы, навевая мысли о болотных чудищах и вековых захоронениях. Поселок каннибалов поскрипывал, кряхтел, шуршал, и казалось, что истинная цель живых – не клад искать, а создавать шум, чтобы заглушить звуки постороннего присутствия.