Онлайн книга «Самая страшная книга 2025»
|
Я подтащил тело к голове – беззубая пасть медленно раскрылась. Дохну́ло затхлостью, вечностью и лживыми книжками по истории. Я положил ноги в тяжелых туристических ботинках прямо в гигантский рот, и голова втянула Калерию, как спагеттину. Потом я сидел на камне у входа – переводил дыхание. Умылся в ручье, закопал залитую кровью одежду и пошел, надеясь, что рано или поздно выйду на дорогу. Я все-таки решил попробовать найти город, который мы проезжали четырнадцать часов и двадцать одну минуту назад. Меня потряхивало – так сильно хотелось сфотографировать «Вечерний пивосос» и добавить в собрание еще одно название. Потому что сейчас в моей коллекции было четыреста шестьдесят пять вывесок. Из них следовало вычесть те две, что я подарил Калерии. Значит, оставалось четыреста шестьдесят три. А три – это отвратительно. Павел Давыденко Кейсинчон Тогда – Я просто тебя посажу. Подкинем наркоту. На шесть лет сядешь. Или на восемь там. Хочешь? – Н-нет… – одними губами выдавил Витя. Голова кружилась, пот струился по лбу. В пыльном кабинете не хватало воздуха. Мент задумчиво покусывал ноготь на большом пальце, шевеля губами-червяками. Светлые волосы, глаза по-детски ярко-голубые, но колючие и недобрые. – Тогда подписывай! – Губы его скривились. – Компенсация тебе будет. Дальше заживете. Молодой ты… Сколько лет, тридцать же? Еще одного ребенка заведете. Витя бросился через стол на Мента, но тот встретил его ударом кулака в челюсть. Витя упал на пол. Спустя пару мгновений он вскрикнул. Мент сперва ловко и без раздумий прописал Вите в пах, а после присел рядом и схватил за волосы. – Еще разок рыпнешься – на зону уедешь. И жена никаких денег не увидит. – С каждой фразой Мент оттягивал Витю за волосы все сильнее. – Но если согласишься… Все понимаю… Эмоции, погорячился… – Больно… – Я сейчас отпущу тебя, а ты встанешь и подпишешь бумаги. Ну что, добро? Витя беспомощно завыл. А когда Мент оставил его, скрючился на полу, обхватив голову. Сейчас Хрупкая Ханна прижималась к Вите, и он гладил ее твердеющий сосок, пребывая в томной неге. На самом деле вьетнамку звали так, что и не выговоришь: Хаэйен, или Хуаейн, или еще как-то. Поэтому она и представилась попроще. Сейчас она водила пальчиком по его шраму на плече. – Эксидент, эксидент? – Йес… – У-у-у! Со пэйн? – Вери пейн… Очень больно. – Очин-очин, – поцокала Ханна, на удивление быстро запомнившая с десяток русских слов. Она поведала историю, как однажды упала с мотоцикла из-за «бэд драйвер» и сломала ключицу. Обычное дело во Вьетнаме. Витя впервые серьезно шлепнулся с байка спустя пару месяцев езды по Фукуоку. Вроде бы уже чувствовал себя в сумасбродном потоке как родной и вот на тебе, подрезали. Хорошо еще, что сгруппироваться успел, байк на бок положил. Легко отделался, лишь содрал кожу. На телефон пришло пуш-уведомление из телеги. Витя открыл пост целиком. «Тропическая депрессия перерастает в шторм, который, возможно, выйдет в Восточное море 5 октября». И фотка: голубые пятна, море, стало быть, и зелено-красно-желтые завихрения сбоку, предшественники тайфуна. Также уведомление из нового чата. Какая-то Хиен Данг, очевидно, хочет предложить бум-бум, то есть секс. Постоянно пишут, находят через «Люди рядом». Заблокировать, очистить чат, пометить как спам. |